Блокировка Telegram – саботаж или приказ, который нельзя оспорить? Пять версий – одна из них точно правильная
Большой цифровой переполох
С 10 февраля российские пользователи Telegram столкнулись с непонятными на первый взгляд трудностями. Текстовые сообщения проходят почти мгновенно – люди остаются на связи. А вот всё, что составляет комфорт современного пользователя – тяжёлые файлы, видео и звонки, – отвалилось.
При этом ситуация по стране выглядит как лоскутное одеяло: если в столице приложение порой ещё "летает", то в приграничных регионах и за Уралом пользователи жалуются на глухие паузы. Деградация сервиса идёт выборочно. Точнее, проводится.
Параллельно с техническими сбоями в подавление сервиса включается судебная машина. 11 февраля Таганский суд Москвы выписал мессенджеру очередной штраф – на 7 миллионов рублей за "неисполнение обязанностей по самоконтролю", за отказ удалить запрещённый контент. На первый взгляд – рутина, которой Павла Дурова не испугать. На самом деле каждое такое судебное решение – кирпичик в фундамент будущих ограничений. Суд методично накапливает "историю болезни" мессенджера. Когда придёт время окончательно закрутить вентиль, у регулятора на столе будет пухлая папка с доказательствами:
Мы же годами просили по-хорошему.
Telegram лишают статуса "главного мессенджера" в глазах общества, показывая, что он больше не является "цифровой территорией свободы". Государство словно играет с ним, как кошка с мышкой – то отпустит, то придушит. Но не убивает.
Одновременно предлагается МАКС, который никто не ограничивает.
Борьба за законность с риском для фронта
Ограничения в работе Telegram вызвали в обществе настоящий шторм. Первыми тревогу забили те, для кого мессенджер давно перестал быть местом для обмена котиками. "Военкоры", волонтёры и бойцы на передовой заявляют: Telegram сегодня – это "цифровая артерия" СВО. Через него идёт координация, сборы на дроны, передача разведданных.
Особенно остро высказался "военный губернатор" Белгородской области Вячеслав Гладков. В регионе, который ежедневно живёт под огнём, Telegram – это инструмент выживания. Оповещения о ракетной опасности и работе ПВО приходят именно через него. Позиция Гладкова идёт вразрез с федеральной линией: замедляя мессенджер, центр буквально ставит под удар жизни людей на земле. Для белгородцев это вопрос о том, успеет ли человек добежать до укрытия.
В высоких кабинетах на эти крики отвечают сухо и официально: никто не борется со свободой слова, идёт борьба за безопасность. Замедление подают как "технический фильтр" против телефонных мошенников, террористов и западной дезинформации. Telegram не хочет чистить контент, значит, регулятор сделает это принудительно.
Политическое прикрытие операции обеспечила "Единая Россия". Депутат Сергей Боярский чётко заявил, что партия берёт на себя ответственность за жёсткие меры:
Мы столкнулись с беспрецедентным вызовом. ... За каждым рублём, за каждой тысячей рублей, миллионом рублей (украденных мошенниками – прим. Царьград) – человеческая судьба. Порой сломанная, полная разочарования. Иногда даже жизнь. Адекватны ли жёсткие меры ответа? Конечно. Партия "Единая Россия" берёт на себя такую ответственность.
В переводе с чиновничьего на русский это звучит как команда всем остальным: "Вопрос решён на самом верху, дискуссии закончены, расходимся". А чтобы народ не чувствовал себя брошенным, Минцифры в лице Ивана Лебедева тут же показало альтернативу – национальный мессенджер МАКС, который обладает всем функционалом, что Telegram и Whatsapp (принадлежит запрещённой корпорации Meta):
Мы не просто ограничиваем и убираем. У нас есть прекрасный национальный мессенджер "Макс". Да, есть какие-то донастройки. Да, безусловно, это новый продукт. Но он защищённый, он отлично работает. Это не означает, что "что-то запретили и не дали ничего взамен". Дали качественный продукт, который имеет защиту, который реализует абсолютно все функции, которые были в одном и другом мессенджере.
Пользователи кривятся: заменить живую экосистему административным распоряжением ещё никому не удавалось. Однако курс взят жёстко и никого не спрашивают.
Самое интересное происходило в Госдуме 11 февраля. Попытка оппозиции официально спросить у Минцифры – а что, собственно, происходит с Telegram и каковы правовые основания для его "торможения" – с треском провалилась: 77 голосов за и 102 против.
Парламентское большинство проголосовало за отказ от запроса – это удобная позиция, позволяющая избежать ответственности. Если завтра из-за сбоев связи случится трагедия на фронте или в Белгороде, депутаты всегда смогут развести руками: "А нам никто ничего не докладывал". Это коллективное молчание выглядит как попытка одной симпатичной нелетающей птицы спрятать голову в песок.
На этом фоне системная оппозиция пытается заработать очки. Лидер "Справедливой России" Сергей Миронов даже перешёл на личности:
Кто делает замедление Telegram? Идите на передовую, на СВО. Ребята, которые кровь проливают, – у них связь единственная с родными и близкими. Вы что делаете, идиоты? Я называю вещи своими именами. Идиоты! Вы что делаете? Люди собирают деньги на СВО, у людей единственная возможность общаться с родными и близкими через телеграм-каналы. Да, Max – замечательный мессенджер. Но давайте только дадим возможность людям самим определять, что они выбирают. Я ещё раз хочу сказать: те, кто это делает, – мерзавцы. Мерзавцы! Люди гибнут там за Россию, за Русский мир. А вы что делаете? Одумайтесь!
Но выглядит это как игра на публику: глава СР прекрасно понимает, что его резкость ни на что не влияет, зато электорату нравится. В итоге расклад в Думе превратился в спектакль: КПРФ и эсеры играют "защитников народа", ЛДПР просто вышла из зала, а "Единая Россия" стоически приняла огонь на себя.
Кремль же в лице Дмитрия Пескова выбрал тактику дереализации. На вопросы о проблемах у военных со связью последовал невозмутимый ответ, об который потом пару суток билась в истерике лбом потрясённая общественность:
Я не думаю, что можно представить себе, что фронтовая связь обеспечивается посредствам Telegram или какого-то мессенджера. Представить себе такое трудно и невозможно.
Логика железная: если мы не признаем, что армия зависит от Telegram, значит, никакой проблемы действительно нет. Чего вы раскричались-то?
В итоге мы видим странную картину. Одни пытаются навязать МАКС, другие кричат о вредительстве, третьи делают вид, что всё под контролем. Telegram стал заложником, а с ним и все, кто сидит в окопах или под обстрелами в приграничье.
"Телеграм" стал заложником лживых докладов Верховному? Кто на самом деле запрещает мессенджер
Кто давит на "тормоз"? Версии, интриги и поиск бенефициара
А что, собственно, происходит? Главная загадка февральских сбоев – отсутствие внятного автора и заинтересанта. Поэтому эксперты до сих пор перебирают одну версию за другой.
Версия №1: Лоббисты свободы лишают?
На первый взгляд, все следы ведут к лоббистам мессенджера МАКС. Главный враг Telegram – РКН, который напрямую подчиняется Минцифры. Но если вдуматься, им-то как раз топить Telegram сейчас совсем невыгодно. Заходить на рынок, который находится в состоянии яростного скандала и военного обострения, со своим "антимессенджером" – значит сразу получить клеймо убийцы, товар которого не будут покупать в принципе. Ни один здравомыслящий бизнесмен не захочет начинать проект с такой токсичной репутации.
Версия №2: След Минфина. Всё запретить, а потом обложить налогом?
В кулуарах шёпотом говорят: "Это Минфин". Логика у финансистов может быть простая: Telegram – это огромная серая зона, где крутятся миллиарды рекламных денег, донатов и крипты, которые проходят мимо бюджета. Что, если цель – довести Telegram до состояния неработоспособности, а затем сделать МАКС единственным легальным окном, но уже… платным? Платная подписка для бизнеса, налог на охваты, государственная пошлина за создание канала. В этой версии "замедление" – это борьба не столько за безопасность, сколько за будущую цифровую кассу.
Версия №3: Отвлекающий манёвр. На что нам нельзя смотреть?
Ещё одна версия: скандал вокруг Telegram стал "громоотводом" и способом отвлечения внимания. Власть намеренно раздувает конфликт вокруг мессенджера, провоцирует крики Миронова, фантазии Пескова и обиды военкоров, чтобы увести внимание в сторону от чего-то по-настоящему серьёзного. Когда все спорят о скорости загрузки "кружочков", в тени могут оставаться куда более болезненные реформы или кадровые перестановки.
Где-то пропущен важный удар, который тихо прикрыли ложным донесением Верховному?
Или принимается неприятный закон, на который лучше не обращать внимание? Опять платить за то, что было одобрено на каких-нибудь незаметных слушаниях, пока все обсуждали Telegram…
Версия №4: Власть боится независимого мессенджера?
Telegram – среда, в которой до сих пор свободно, хоть и чаще анонимно, критикуются все шаги власти, вплоть до самого президента. Может, Кремлю надоела эта самодеятельность?
Однако тезис, что "власть боится "Телеграма", разбивается о простую реальность. За последние годы государство не просто зашло в этот мессенджер – оно выстроило там идеальные, многослойные и очень красивые сети влияния. Царьград, Подоляка, Живов, Соловьёв, Старше Эдды, Мардан, Colonelcassad, МИГ, Рыбарь и т.п. – в мощном хоре патриотов тонет комариный писк вечно чем-то недовольных диссидентов. Посмотрите на каналы министерств, губернаторов и пулы Z-блогеров: там лучшие SMM′щики, огромные охваты и отточенная подача смыслов. Зачем власти уничтожать инструмент, в который уже заложено столько бюджетов? Всё равно что сжигать собственный штаб в разгар сражения.
Версия №5: "Шестая колонна" готовит бунт
Михаил Делягин, депутат Госдумы России, ведущий "Первого русского" в эфире своей авторской программы "Итоги дна" высказал мнение, что "Телеграму" специально вредит агентура врага во властных структурах, чтобы вызвать максимальную волну возмущения в обществе. По его мнению, расчёт сделан на неизбежную войну с Западом, ко времени которой завезённые в Россию массы религиозных фанатиков устроят восстание:
Это будет удар с двух сторон: удар снаружи, разрушение экономики, удар мигрантов.
Правда, картина выглядит уж слишком апокалиптической. И для такого сценария отечественные силовики должны быть совсем уж беззубыми, чего пока вроде не наблюдается.
Что с того
А пока ситуация вокруг Telegram остаётся туманной. Истинный бенефициар этой игры станет понятен лишь со временем, когда станет ясно, ради чего власть готова мириться с временным хаосом в коммуникациях на фронте и в приграничье.
Государственный мессенджер сегодня – это объективная необходимость и вопрос цифрового суверенитета. Но его жизнеспособность напрямую зависит от условий его рождения. Полноценной опорой вертикали может стать лишь проект, который докажет свою эффективность победой в честной конкуренции, а не будет навязан обществу через "мягкое удушение" конкурентов с чьей-то административной подачи.
* Whatsapp (принадлежит запрещённой корпорации Meta)