Цена войны стала сделкой века: Трамп покупает остановку СВО

Трамп снова запустил торг

В конце августа в Москву неожиданно приехал директор ЦРУ Джон Рэтклифф. Он встретился с российскими спецслужбами и, по данным американских СМИ, зондировал с ними возможность нового переговорного формата, вплоть до встречи Трампа, Путина и Зеленского. Через несколько дней, 5 сентября, в Кремле появились уже Стив Уиткофф и Джаред Кушнер – они привезли то, что сам Трамп назвал "конкретным предложением" по прекращению войны. После трёх с лишним часов переговоров с Путиным они не вернулись в Вашингтон, а впервые отправились прямо в Киев – к Зеленскому, его команде и советникам по национальной безопасности Британии, Германии и Франции.

8 сентября последовал часовой разговор Трампа с Путиным. Такая последовательность говорит сама за себя – Вашингтон фактически заново запустил челночный переговорный механизм, потратив на это немало сил.

Зачем это Белому дому?

Ближайший интерес Трампа понятен: до промежуточных выборов меньше двух месяцев, а обещанная им быстрая остановка войны так и не состоялась, пояснил Царьграду политолог Руслан Осташко:

Трампу нужен результат в его президентство и желательно до промежуточных выборов. Отсюда и заявленное желание выйти на прорыв до зимы: не потому, что зимой хуже воюется, а потому, что осенью в Америке считают голоса. Война, которую он обещал закончить за сутки и не закончил за полтора года, висит на нём как личный долг. Ему нужна подпись под чем угодно, что можно назвать сделкой века.

Но нынешний переговорный раунд явно затронул задачи шире. В Москве и Киеве обсуждаются не только Донбасс, прекращение огня и встреча лидеров: добавились удары по энергетике Украины и нефтегазовой инфраструктуре России, поставки зерна, санкции и будущие экономические отношения России и США. Сам Трамп в разговоре с Путиным связал прекращение войны с восстановлением российско-американских отношений и перспективами торговли, словно пытаясь подкупить хозяина Кремля.

Всё это больше, чем просто попытка Трампа помирить Россию и Украину к своим выборам. Зачем всё это Соединённым Штатам и почему Трамп отправил в Москву не профессиональных дипломатов, а бизнесменов Уиткоффа и Кушнера?

Мирный договор как деньги Америки

Дело, конечно, не только в выборах. Личный интерес Трампа отвечает более крупным задачам США: уменьшить свою нагрузку на европейском направлении, сохранив влияние на исход, поясняет Руслан Осташко:

Вашингтону нужно закрыть европейский театр, чтобы освободить ресурс под Китай и под другие направления. Украина в этой картине – не ценность, а издержка.

Европа продолжает вооружаться, увеличивать военные бюджеты и закупать американские системы, однако США заставляют её брать на себя всё большую часть расходов и ответственности. США при этом сохраняют контроль над НАТО, базы, оборонные заказы и политическое влияние. Оптимальный результат для Вашингтона – остаться в Европе, но за меньшие деньги.

Есть и экономический уровень. Трамп снова отправляет к Путину не классических дипломатов, а Уиткоффа и Кушнера – людей из бизнеса. С российской стороны рядом с Путиным снова появляется Кирилл Дмитриев, отмечает Осташко:

Обратите внимание, кого послал Трамп: не Госдеп, не профессиональных дипломатов, а Уиткоффа и Кушнера – девелопера и инвестбанкира. Это не дипломатическая миссия, это переговоры о слиянии активов, где Украина – один из пунктов повестки, а не вся повестка.

Если война прекратится, многие издержки обратно превратятся в активы. Под снятие санкций можно выбивать уступки у Москвы. Украинское восстановление легко становится выгодными вложениями американских денег. Европейское перевооружение – рынок для американского ВПК.

Политолог, директор Лаборатории новых технологий АНО "Экспертный институт социальных исследований" Александр Асафов обращает внимание, что Трамп уже обозначил американский интерес на Украине:

Свои интересы он уже зафиксировал, в том числе в соглашении по редкоземельным металлам и в целом в вопросе присутствия американского бизнеса на Украине.

Наконец, есть Китай. Вашингтону реально выгодно, чтобы Москва меньше зависела от Пекина как от монопольного экономического и технологического партнёра. Даже частичная нормализация отношений России с США и Европой уменьшила бы градус российского разворота на Восток, а с ним и выгоды Китая от российских проблем – сырьевой демпинг, господство на рынках авто и т.п.

Андрей Пинчук напоминает глобальные интересы стоящих за Белым домом:

США выгодно переустройство мира на новых принципах нового технологического уклада – выгодна и конкуренция с другим таким же гигантом, который примерно в этом же направлении развивается, это Китай. Ключевой фактор зоны конкуренции – это рынки сбыта и предложения, рынки ресурсов.

Таким образом, прекращение войны для США – не цель, а инструмент. Оно позволяет им разгрузить расходы в Европе, сохранив там влияние, получить новые экономические выгоды и высвободить ресурсы для соперничества со своим главным противником – Поднебесной.

Цена мира: у каждого своя

Чтобы понять, почему переговоры одновременно и ожили, и буксуют, надо просто убрать дипломатическую риторику "за всё хорошее против всего плохого" и сравнить главные реальные интересы сторон.

Трамп хочет быстрый результат, чтобы показать избирателям и бизнес-элитам.

Россия хочет мирный договор, чтобы текущий результат войны – новые территории – нельзя было через несколько лет обнулить. А если останавливать СВО сейчас, по линии фронта, то хотя бы демилитаризованный статус Украины, снятие санкций и восстановление отношений с США.

Кремль оптимистично оценивает ход СВО, и в Москве возникает вполне рыночный вопрос: что Вашингтон готов дать России за остановку? Если Россия делает какие-то шаги навстречу США, то и с их стороны должен быть конкретный шаг, отмечает руководитель Центра геополитических исследований Института инновационного развития Дмитрий Родионов:

А ещё лучше, как говорится в одном классическом произведении, – утром деньги, вечером стулья.

Именно поэтому Трампу приходится говорить с Путиным не только о прекращении войны, но и о восстановлении российско-американских отношений, торговле и экономическом сотрудничестве. Но большая часть американского предложения выглядит как "утром стулья, вечером деньги": "Сначала заключите мир, потом получите нормализацию".

Москва такой последовательностью недовольна. Печальные уроки "жестов доброй воли" под Киевом и Харьковом ещё не забыты.

У Киева в этом уравнении патовая позиция – завершение войны вернёт на Украину выборы и политическую конкуренцию, поясняет Александр Асафов:

Для Зеленского лично и для его режима любые шаги в сторону мира – это потеря денег и власти. А эти вещи для них напрямую связаны между собой. Движение к миру приведёт к необходимости проведения выборов, а дальше – ко всем тем последствиям, которые, по сравнению с последствиями для какого-нибудь Миндича, могут показаться просто невероятно сложными.

Отсюда и тупик. Американское предложение пока не достигло российского минимума, а российское предложение превышает украинский максимум.

Большая сделка не удаётся? Разрежут на маленькие

Руслан Осташко считает, что здесь и находится главная развилка:

Американцам нужна скорость, России – окончательность. Скорость толкает к перемирию, окончательность требует договора, снимающего первопричины. Это разные вещи, и они плохо совмещаются в одном документе.

Поэтому американцы меняют тактику переговоров: вместо попытки закрыть сразу все вопросы одним соглашением они ищут отдельные сделки, каждая из которых решает узкую задачу. Самая очевидная из них – зимняя деэскалация.

После встречи с Уиткоффом и Кушнером Зеленский рассказал, что обсуждались энергетические объекты, электроснабжение, зерновые поставки, нефть и газ. Это ещё не мир и даже не полноценное прекращение огня, а скорее соглашение о пределах взаимного ущерба, которое даст немедленную выгоду всем: Украина снизит риск тяжёлой зимы, Россия уменьшит угрозу нефтегазовой инфраструктуре и экспортным доходам, Трамп сможет сказать, что вернул войну к переговорам.

И если стороны сумеют выполнить хотя бы одну малую договорённость, появится возможность для более сложных разговоров – территории, санкции, гарантии безопасности, будущее украинской армии и отношения России с США.

И здесь у Москвы тяжелейшая задача – играя с Вашингтоном, не забыть о своих интересах, напоминает Андрей Пинчук:

У нас будет строиться нормальная внешняя и внутренняя политика тогда, когда мы чётко будем формулировать свои национальные интересы и продвигать их. А наш национальный интерес – формирование самодостаточного Русского мира. И долг перед детьми, чтобы у них было поменьше, а не побольше рисков и угроз. У Трампа, как президента США, своя национальная задача: отстаивание интересов американского государства, американского общества. Поле компромиссов определяется тем, насколько одни компромиссы не мешают другим.

Что с того

Пока что главный результат – восстановление механизма переговоров. Это ещё не сделка. Сделка станет возможна, когда США честно выложат на стол свои козыри: смягчение санкций, политические решения, и Россия выберет из них то, что её устраивает.

Например, возобновление коммерческих и партнёрских отношений с Западом при условии, что поддержка Киева будет прекращена. И желательно после этого.

Однако пока что Запад явно предпочитает продолжать войну на Украине, добиваясь от России односторонних невыгодных уступок: согласие на перемирие без гарантий, уход с возвращенных территорий. И это и есть настоящий камень преткновения.