Доигрались! Чиновники обрушили на русских вал запретов. Что происходит?
Цифровой суверенитет: борьба с мессенджерами и VPN
С августа ещё прошлого года началось планомерное наступление на иностранные мессенджеры. Первым делом под ограничения попали голосовые и видеозвонки в WhatsApp* и Telegram – популярных сервисах с ежедневной многомиллионной аудиторией. Официальная причина: платформы не выполняют требования о локализации данных пользователей на территории России, отказываются сотрудничать с силовиками и используются мошенниками, террористами и экстремистами.
По данным Минцифры, с начала СВО зарубежные платформы проигнорировали более 20 тысяч запросов властей об удалении противоправного контента.
К концу 2025-го ситуация усугубилась. WhatsApp* был замедлен на 70-80%, Telegram – примерно наполовину. Пользователи стали массово жаловаться на невозможность отправить файл, дозвониться по видеосвязи или просто загрузить сообщение.
Это стало ударом для бизнеса, особенно малого и среднего (поскольку многие выстроили коммуникацию с клиентами именно через эти каналы). По оценкам экспертов, потери от блокировок и замедлений могут достигать 50% выручки для компаний, чья клиентская база была завязана на иностранные мессенджеры. Каждый пятый предприниматель уже в экстренном порядке переводит своих клиентов на отечественные аналоги.
Это стало проблемой для фронта, ведь там тоже оперативная связь между подразделениями ведётся посредством того же ТГ.
А где же альтернатива? В качестве таковой называется отечественный аналог. Но вопросов тут, как известно, море.
Зачем же было ломать то, что работает? В результате люди всё равно ищут обходные пути.
Борьба с VPN стала логичным продолжением. С начала уже текущего года заблокировано свыше 439 VPN-сервисов – на 70% больше, чем в октябре 2025-го. С декабря пошли блокировки дополнительных протоколов (SOCKS5, VLESS, L2TP).
А ещё ранее, с 1 сентября 2025-го, был введён запрет на рекламу, собственно, самих средств обхода блокировок – со штрафам до полумиллиона рублей.
Параллельно вводится плата за VPN-трафик свыше 15 ГБ в месяц. Однако эффект оказался обратным: по данным ряда операторов, аудитория VPN-сервисов после ужесточения ограничений выросла более чем в 20 раз.
Депутат Госдумы, экономист и ведущий Царьграда Михаил Делягин называет Telegram "нервной системой общества", которую хотят извести, чтобы не было скоординированных протестов:
Я подвёл итог опыта Петропавловска-Камчатского. Там на Новый год случились грандиозные снегопады, и снег просто не убирали. Нельзя было проехать по улице, нельзя было пройти, нельзя было выйти из дома, нельзя было сходить в магазин. Для того чтобы люди не обсуждали эту коммунальную катастрофу и чтобы она осталась неизвестной федеральному начальству, просто обрубили интернет, объявив, что это угроза дронов. Но какие дроны в Петропавловске-Камчатском? Можно, конечно, предположить, что дроны запускаются местными мигрантами. Это тоже весьма вероятная гипотеза. Но уж больно характерное совпадение: отключение интернета под предлогом дронов и коммунальная катастрофа в прямом смысле этого слова.
Игры, фильмы и культурный код
В декабре 2025 года Роскомнадзор ограничил доступ к игровой платформе Roblox. Причина – пропаганда экстремизма, терроризма, насилия и ЛГБТ**. Для миллионов детей и подростков, которые не просто играли в Roblox, а создавали там свои миры, общались, учились программированию и даже зарабатывали, это стало проблемой и шоком. Эксперт по цифровому развитию Андрей Вишняков выделил три вероятных сценария: переход на другие игры, массовый обход блокировок или смешанный путь. Полного исхода аудитории, по его словам, ждать не стоит – слишком сильно Roblox встроен в повседневную жизнь нашего подрастающего поколения.
Не меньше шума наделал закон о запрете фильмов и сериалов, дискредитирующих традиционные ценности. Теперь онлайн-кинотеатры обязаны в течение суток по требованию Роскомнадзора убрать или изменить контент, если Минкульт отказал ему в прокатном удостоверении. Платформы начали массово вырезать сцены – причём не только спорные, но и просто сомнительные. Далее под нож могут пойти сцены с сексом, курением, алкоголем, нецензурной лексикой. В итоге кино рискует превратиться в стерильный продукт, где герои живут без слабостей и реальных проблем. Вот только эффект может получиться обратным – не исключено, что "правильные" идеи в таком исполнении станут вызывать только отторжение.
Я очень боюсь, что если всё будет идти так, как сейчас, то на внешнем уровне у нас сохранится и расцветёт полное благолепие, а на кухнях народ будет сидеть, смеяться и иронизировать,
– считает политтехнолог Алексей Ульянов.
Запрет иностранных слов: красота или уродство?
С 1 марта 2026 года вступил в силу закон, ограничивающий использование иностранных слов в публичном пространстве. Под запрет попали вывески, наружная реклама, сайты, карточки товаров на маркетплейсах и даже внутренние документы, если они выходят "наружу". Нельзя использовать не только beauty, sale, kids club, casual, но и русифицированные "бьюти", digital-проект – если слова нет в нормативных словарях Российской академии наук.
Штрафы для юридических лиц достигают 500 тысяч рублей. Маркетплейсы уже в 2025 году начали проверки: модерация режет карточки товаров, где встречаются иностранные слова. Продавцам приходится переписывать описания, характеристики, инструкции, а если товар приходит с иностранными надписями – клеить русские версии.
Идея защиты русского языка сама по себе правильная. Мы действительно перебарщиваем с англицизмами, иногда теряя смысл и красоту родной речи. Но как часто бывает, реализация хромает. Во-первых, нормативная база размыта: какие именно слова считать запрещёнными? Словари РАН не поспевают за живым языком. Во-вторых, бизнес несёт дополнительные издержки в и без того сложное время. В-третьих, есть риск, что под раздачу попадут устоявшиеся термины, для которых нет качественного русского аналога ("маркетинг", "менеджмент", "дизайн" – а они уже давно "наши"). Впрочем, закон предусматривает исключения для имён собственных, брендов и товарных знаков, зарегистрированных до его вступления.
Запрет на продажу вейпов и поиск экстремистских материалов
В стране также готовится запрет на розничную продажу вейпов и электронных сигарет. Во всяком случае к этому идёт. С 1 марта 2026 года эксперимент стартовал в Пермском крае, где приняли соответствующий региональный закон.
Логика – забота о здоровье молодёжи. Но есть проблема, на которую указывают эксперты: рынок может уйти в тень. Появятся нелегальные производители и контрабандисты. Качество контрафактных вейпов будет ещё ниже, а вред для здоровья – ещё выше.
А ещё с 1 сентября 2025 года вступили в силу поправки в КоАП, вводящие штрафы за сам факт поиска в интернете материалов из списка экстремистских (его ведёт Минюст). Штраф для граждан – от 3000 до 5000 рублей. При этом, как заявил министр цифрового развития Максут Шадаев, ответственность наступает только при умышленном доступе к заведомо экстремистским материалам, если пользователь знал, что они включены в реестр. На деле доказать умысел сложно, но сам факт существования такой нормы создаёт прецедент. Первый оштрафованный уже есть: 20-летний житель Каменска-Уральского Сергей Глухих наткнулся на запрещённые материалы в автобусе по пути на работу – и получил протокол.
Запрет на рекламу на "вражеских площадках"
С этой же даты, с начала осени прошлого года, федеральным законом №72-ФЗ запрещено размещать рекламу на ресурсах, признанных экстремистскими, нежелательными организациями или заблокированных в нашей стране. В том числе, разумеется, в "Инстаграме"* и "Фейсбуке"*.
Это касается любой рекламы, включая нативную, а также скрытые интеграции и бесплатные публикации "по бартеру". Более того – нарушением признаются даже ранее опубликованные материалы, которые не были удалены до 1 сентября 2025 года.
Под тяжёлую руку государства, решившего наказать рублём не только чужих – в смысле сами рекламные площадки (то есть "запретнограмы"), но и своих, попали и бренды, и обычные люди. Даже если пользователь просто упомянул товар, услугу или бренд в посте или в сторис, то – всё, это может быть воспринято как реклама и быть наказанным. Репосты, призывы подписаться и упоминания со ссылками на аккаунты во вражеских соцсетях – тоже нельзя, ибо считается рекламой экстремистской организации.
Ослушался, не учёл, недопонял – плати штраф (незнание, как известно, не освобождает от ответственности) за нарушение закона о рекламе. От 2000 для физлиц, до 20 тысяч для ИП и до 500 тысяч для юрлиц.
"Долой "наркоманскую пропаганду" из книг Ремарка!"
А с начала весны сего года забота государства распространилась на литературу – благодаря новым поправкам в закон о наркотических средствах. И теперь произведения литературы и искусства, обнародованные после 1 августа 1990 года и содержащие упоминания запрещённых веществ, должны сопровождаться спецмаркировкой. С соответствующим текстом о вреде наркотиков – не менее 5% площади обложки, плюс планируется ввести для этого специальный графический знак – равносторонний треугольник с закруглёнными углами и вписанным восклицательным знаком.
Уже сформирован перечень Российского книжного союза, в который внесены свыше тысячи позиций (он пополняется), подлежащих маркировке. Там есть произведения и зарубежных классиков (Ремарк, Сартр, Теннеси Уильямс, Ирвин Шоу), и современных авторов (Донцова, Устинова, Лукьяненко, Пелевин), а также, например, сборник рассказов Маргариты Симоньян и подборка интервью Виктора Цоя. Знак поставят на книги Пауло Коэльо, Харуки Мураками, Стивена Кинга, Курта Воннегута, Эмира Кустурицы.
Исключение сделано только для случаев, когда такие упоминания оправданы художественным жанром и замыслом.
За отсутствие маркировки издателю или продавцу будет грозить штраф до 600 тысяч рублей.
Что с того?
Подведём итог. Государство выполняет свою работу: оно защищает суверенитет, борется за здоровье народа, отстаивает традиционные ценности и так далее.
Но есть ведь и обратная сторона медали. Качество жизни граждан снижается: интернет тормозит, связь работает через пень-колоду, бизнес задыхается от штрафов и потери рынков.
И вопрос не в том, нужны ли запреты. Вопрос в их балансе и качестве исполнения. Если, скажем, мы за суверенный интернет – давайте строить его на совесть, вкладывая ресурсы в разработку и тестирование. Суверенитет – это не право на плохое качество. Суверенитет – это обязанность создавать лучшее.
А пока же мы имеем то, что имеем: миллионы недовольных, которые ищут лазейки, и чиновников, рапортующих о выполненной миссии. Кажется, цена запретов оказалась выше, чем предполагалось. И эту цену платим мы все.
* Принадлежит корпорации Meta, признанной в России экстремистской и террористической, чья деятельность в нашей стране запрещена.
** ЛГБТ-движение признано экстремистским и запрещено в России.