Германия ответила за всё: Прошлое генералов-победителей, которое держали в тайне
Положение царского офицера после 1917 года было чудовищным. Для человека, привыкшего к строгой иерархической системе, Октябрьская революция стала крушением всей вселенной. Страна из "практически победительницы" в Первой мировой оказалась де-факто проигравшей, по всей России горели барские усадьбы, солдаты, которых ты знал поимённо и вёл в бой, могли утопить тебя в пруду под гармонь и матерные частушки.
Это выворачивало наизнанку все представления о долге, чести, достоинстве. Сохранить рассудок в таких условиях мог далеко не каждый. Многие стрелялись (по разным оценкам, до тысячи и более офицеров), кто-то присоединялся к "белым", а кто-то уезжал за границу, чтобы работать там швейцарами и таксистами.
Артист Александр Вертинский писал, что в 1920-е годы в Ницце случайно повстречал бывшего генерал-лейтенанта Андрея Шкуро, который на тот момент работал в… цирке. Веселил европейскую публику лихой джигитовкой и вольтижировкой на арене.
К слову, после начала Великой Отечественной войны Андрей Шкуро вместе с другим казаком-эмигрантом – атаманом Красновым – принял сторону Германии и справедливо был повешен в январе 1947 года.
Предатель Шкуро и офицеры вермахта. Скриншот: архивные документы
Однако были среди "бывших" и те, кто, оправившись от шока лихолетья революции и Гражданской войны, продолжили служить Отечеству. Спустя годы, уже седые, они снова отчаянно били немцев. В точности как в молодости, когда шли на пулемёты в чинах поручиков и штабс-капитанов.
Дмитрий Карбышев, превращённый в ледяную колоду
Один из них Дмитрий Михайлович Карбышев. Он стал легендой ещё во время Русско-японской войны. В бою под Вафангоу подразделение связи поручика попало в окружение. Карбышев, командовавший кабельным отделением, каким-то чудом сумел вывести из вражеского кольца 60 солдат, сохранив при этом и людей, и технику, и оружие.
Этот поступок принёс ему первую боевую награду – орден Святого Владимира IV степени с мечами и бантом. К началу Первой мировой войны он считался уже признанным специалистом, воевал в Карпатах в армии легендарного генерала Брусилова, штурмовал крепость Перемышль, где получил ранение, и участвовал в знаменитом Брусиловском прорыве. За храбрость и инженерное искусство его произвели в подполковники.
И вот что интересно: после революции Карбышев особо не раздумывал и почти сразу перешёл на сторону "красных". Возможно, сказалась семейная драма. Старший брат Дмитрия Владимир в юности попал под арест за революционную деятельность и там де-факто был замучен. Юноша умер в тюрьме, так и не дожив до суда.
Из-за клейма "вольнодумцев", лёгшего на семью Карбышевых, юного Дмитрия, имевшего дворянское происхождение, отказались учить за госсчёт, хотя парень блистал талантами. Они жили в мучительной нищете, но помощи ни у кого не просили. В какой-то мере эта трагедия и острая несправедливость объясняют, почему царский офицер Карбышев без колебаний принял Октябрь.
К Великой Отечественной войне он уже был живым классиком военной науки: генерал-лейтенантом инженерных войск, профессором Академии Генерального штаба. 22 июня 1941 года застало его на западной границе, где Карбышев инспектировал строительство укреплений. В хаосе отступления тяжело контуженный генерал попал в плен, и вот тут-то и началось его главное, самое страшное и самое великое сражение.
Враги быстро смекнули, с кем имеют дело, и на протяжении нескольких лет пытались склонить его к сотрудничеству. Нацисты, по свидетельствам из их же архивов, считали бывшего царского офицера "безнадёжным в смысле использования", настолько он был "фанатически преданным идее верности воинскому долгу и патриотизму". Несломленный генерал прошёл через ад немецких концлагерей – Хаммельбург, Флоссенбюрг, Освенцим, Заксенхаузен… Везде он не просто выживал, но и продолжал борьбу, возглавляя подпольное движение сопротивления и внушая узникам веру в победу. Трагическая развязка наступила в феврале 1945 года в лагере Маутхаузен. Пожилого генерала казнили, превратив его в "ледяной столб".
Мы понимали, что доживаем последние часы. Через пару минут гестаповцы, стоявшие за нашими спинами с пожарными брандспойтами в руках, стали поливать нас потоками холодной воды. Кто пытался уклониться от струи, тех били дубинками по голове. Сотни людей падали замёрзшие или с размозжёнными черепами. Я видел, как упал и генерал Карбышев,
– вспоминал майор канадской армии Седдон де Сент-Клер.
Карбышев был награждён звездой Героя СССР посмертно.
Мозг армии Александр Василевский
Дважды Героем Советского Союза являлся Маршал Победы Александр Василевский – бывший штабс-капитан царской армии, сын священника. Свой первый Георгиевский крест Василевский получил за то, что буквальным образом воплотил в жизнь литературный образ молодого, бравого командира, который "пулям не кланяется". Во время Первой мировой в битве при местечке Мерешешти под сильным пулемётным огнём он бесстрашно шагал впереди цепи, увлекая товарищей в бой.
Великую Отечественную войну Василевский встретил в должности генерал-майора, членом ГКО. По сути, он был одним из авторов Великой Победы – совершенно уникальным стратегом, который сумел переиграть немецкое командование в планировании крупнейших операций войны. Если Георгия Жукова часто бросали "в прорыв" на самые критические участки, то Василевский оставался "мозгом армии" в Москве. Именно он разработал и координировал контрнаступление под Сталинградом (операция "Уран"), где в ноябре 1942 года наши войска замкнули в котле 300-тысячную группировку Паулюса. Позже, летом 1943-го, он настоял на стратегии преднамеренной обороны на Курской дуге, чтобы перемолоть немецкие танковые клинья в обороне, а затем сам спланировал и возглавил освобождение Донбасса.
Добавим к этому, что, командуя всем советским Дальневосточным фронтом, Василевский всего за две недели в пух и прах разгромил миллионную Квантунскую армию Японии. Эту операцию считают классикой военного искусства.
Громовержец Громов
Будущий генерал-полковник авиации Михаил Громов происходил из дворян. Его отец служил военным врачом и получил потомственное дворянство. Несмотря на "неблагонадёжное происхождение", в 19 лет юный Миша, болевший авиацией с самого детства, вступает в Красную армию и начинает "заниматься небом". Его первыми самолётами, на которых он работал лётчиком-инструктором, стали "Моран" и "Ньюпор". Под руководством Громова набирался опыта и легендарный лётчик-испытатель Валерий Чкалов.
С началом войны Громов постоянно рвался в небо жечь вражеские "мессершмитты", но по приказу Сталина ему было запрещено летать, он требовался на земле. И Громов не подвёл, превратив авиацию Красной армии в настоящий воздушный спецназ. Он лично учил лётчиков уходить из-под атак "мессеров" на сверхнизких высотах. Они буквально прижимались к земле, а ещё умели наносить бомбовые удары с такого крутого пике, что у пилотов темнело в глазах.
Его бомбардировщики Пе-2, которые считались сложными в управлении, превратились в страшный сон танковых колонн вермахта. Но подлинный триумф Громова случился летом 1942 года, когда он с воздуха буквально стер с лица земли укрепрайон противника подо Ржевом, проведя серию дерзких налётов на эшелоны, готовившиеся к операции "Зейдлиц". В штабах удивлялись: у него потери были в разы ниже, чем у других, а результаты ударов – на порядок выше. Несмотря на приказ за подписью генералиссимуса, Громов всё равно украдкой поднимался в небо и проводил разведку. Он всегда находился в превосходной физической форме. В своё время был чемпионом Москвы по тяжёлой атлетике.
В 1944 году именно под его командованием авиация обеспечила легендарный прорыв в ходе операции "Багратион", когда штурмовики Ил-2 расчищали путь наступающим армиям, уничтожив в белорусских лесах целые дивизии врага.
А кто еще?
Отметим, что царскими офицерами были и многие другие прославленные военачальники Великой Победы.
- Борис Михайлович Шапошников при царе был полковником Генерального штаба. Участник Первой мировой, служил в штабах дивизии и корпуса, один из самых подготовленных штабных офицеров своего времени. Во время Великой Отечественной – уже маршал. В самый тяжёлый период (1941–1942 гг.) возглавлял Генеральный штаб РККА.
- Фёдор Иванович Толбухин в Первую мировую прошёл путь от солдата-вольноопределяющегося до командира батальона на Юго-Западном фронте, штабс-капитана. В годы Великой Отечественной он маршал СССР. Считался одним из самых скромных и бережливых к солдатам военачальников. Прославился в Сталинградской битве, а затем провёл блестящую Ясско-Кишинёвскую операцию (молниеносный разгром группы армий "Южная Украина"), освобождал Румынию, Болгарию и Югославию.
- Иван Степанович Конев в Первую мировую был унтер-офицером и всю жизнь прослужил Отечеству. Будучи командующим 2-м Украинским фронтом, в марте – апреле 1944 года он провёл одно из самых успешных наступлений советских войск – Уманско-Ботошанскую операцию, когда за месяц боёв его бойцы по распутице и бездорожью прошли на запад свыше 300 километров. 26 марта 1944 года они первыми в Красной армии перешли государственную границу СССР, вступив на территорию Румынии.
Едва ли кто-то мог упрекнуть этих стратегов, обломавших зубы объединённой Европе, что они имеют какое-то "не то" происхождение. В Кремле прекрасно понимали, что Красной армии нужны опытные кадры из "бывших". Да и подходы к самой структуре войск к концу 1940-х сильно изменились. Вскоре после революции армия выглядела очень странно: отряды формировались стихийно, часто не признавали центрального командования и "митинговали" по любому поводу. Авторитет командира держался не на уставе, а на личной харизме и революционном энтузиазме.
При Сталине Красная армия во многом вернулась к "старорежимному образцу": понятия "офицерская честь", "воинский долг", "традиции" перестали быть ругательными, вернулись погоны, в военных академиях стали изучать работы царских стратегов и многое другое.
Реабилитация "бывших" во многом и привела к тому, что 9 мая русские войска встретили в Берлине. А если бы наши солдаты и офицеры обсуждали боевые приказы и грезили исключительно мировой революцией, а не защитой Отчизны, то результаты Второй мировой войны могли бы быть совсем иными.