"Ребята адски устали": Жена военного переехала в приграничье вместе с детьми. Правда, о которой не расскажут по телевизору

"Я не чокнутая"

С 48-летней Ольгой мы общались в перерыве между её забегами по магазинам – перед отъездом в приграничье нужно многое купить: вещи себе, детям, подарки бойцам. Многодетная мама из Кировской области торопится переехать к мужу-военному в ЛНР до 1 сентября, чтобы двое их сыновей-школьников вовремя начали учёбу на новом месте. А старшая дочь уже там: вслед за отцом три года назад 19-летняя Дарья ушла на фронт.

Соседи в маленьком городке Сосновка в глухой русской глубинке крутят у виска – семейка чокнутых. Многодетному отцу повестка по мобилизации не приходила, хотя они с женой были уверены, что его призовут. Срочником Андрей служил на Кавказе во время второй чеченской – что такое "горячая точка", знает. Не дождавшись вызова в 2022-м, сам пришёл в военкомат и подписал контракт с Минобороны.

Вскоре то же самое сделала их дочь – тоже добровольно. Девушка окончила юридический колледж, но не смогла устроиться на работу в полицию – вакансии были только для претенденток с высшим образованием. Зато в армии место для юной выпускницы нашлось, служить её отправили в штаб неподалёку от отца, в район Кременной. Для матери – шок.

Три года Ольга с сыновьями жила в 2000 километров от мужа и дочери, пока не решилась воссоединиться с любимыми людьми. "И эта ненормальная!" – поставила диагноз родня.

Пришлось объяснять, что я не сумасшедшая, а жена декабриста. Мне плевать на войну. Если её нельзя закончить быстро, можно хотя бы попытаться нормально прожить. Вместе. Я очень нужна сейчас своему мужу. Как только появилась возможность приехать, я помчалась к нему,

– рассказала Ольга Царьграду.

Слово пацана: "Ты будешь моей женой"

С Андреем они знакомы с юности. Познакомились в 1993-м, когда ей было 15, а ему 11 – двоюродный брат Ольги женился на старшей сестре Андрея. Виделись изредка на семейных праздниках. Ни о каких романтических встречах речи не было, просто дружили. Но когда парню исполнилось 15, он заявил 19-летней Ольге:

Ты будешь моей женой, когда я приду из армии.

Тогда она посмеялась: у парня молоко на губах не обсохло – какая жена? А через три года так и вышло. Проводила его в армию, писала письма, ждала. Отслужив срочником в раздираемой войной Чечне, Андрей подписал контракт и остался в армии ещё на полтора года, служил в Иваново в ВДВ. К любимой ездил в отпуска, а когда она забеременела, сыграли свадьбу.

Первенец – дочка родилась в 2003 году. Новоиспечённый отец вернулся из армии и устроился по специальности. Работал бульдозеристом в колхозах, на золотых приисках, вахтами. В 2012 году родился сын Глеб, через четыре года младший – Макар.

"Подписал контракт – ухожу к своим"

Жена и дети кочевали с ним, пока не осели в Сосновке. В деньгах семья не нуждалась – на СВО многодетный отец шёл не за этим. Когда в мае 2023-го закончилась его очередная вахта, пояснил коротко:

Подписал контракт, ухожу к своим. Я патриот. А то, что происходит в Донбассе, несправедливо. Там живут хорошие люди, им нужно помочь, они не должны страдать.

Дома трое детей и недостроенная баня, но Ольга отговаривать не стала. Андрей подписал контракт на два года, прошёл обучение на техника по обслуживанию беспилотников и в октябре 2023-го уехал на фронт в район Кременной (ЛНР). Был ранен, представлен к награде: их с напарником "буханку" атаковал вражеский дрон, когда они уже возвращались с запуска БПЛА.

Если бы не "мангал" (защитная решётка на лобовом стекле), это было бы их последнее задание. "На память" Андрей теперь носит в руке два осколка. В прошлом году он должен был вернуться домой, но так как контракты стали бессрочными, об этом пока можно только мечтать. А мужики устали.

Сначала украинские репрессии, потом бомбёжки

Но устали и жёны. За три года, пока Андрей воюет, по дому приходилось управляться самой. Прохудилась крыша, покосился забор, засыпало снегом – никто не решит вопросы, кроме хозяйки. Пришлось даже спецтехнику покупать. Пока Андрей был в отпуске, две недели он только и делал, что чистил двор – снегопады в этом году на Вятке были знатные. И Ольгу осенило: если муж не может вернуться с фронта, к нему переедет она, чтобы быть поближе и чаще видеться.

Впервые Ольга приехала в ЛНР в феврале 2026-го. Андрей снял ей квартиру в Северодонецке и по возможности приезжал повидаться, благо от места дислокации всего полчаса. Разрушенный город поразил женщину, никогда не видевшую войны. Красивый город, второй по величине на Луганщине (раньше там жили 120 тысяч человек) лежал в руинах.

Для меня это было как в кино. Первое впечатление жуткое – в Северодонецке не было дома, который не пострадал бы. Слёзы на глаза наворачиваются, что им пришлось вынести – обстрелы, разруха, в магазинах ничего нет, цены бешеные. Поговорив с местными, я поняла, почему началась СВО и от чего мы их защищаем,

– вспоминает Ольга. Она устроилась на работу в местную транспортную компанию и общалась с людьми, пережившими сначала украинские репрессии, а потом бомбёжки. Коллеги рассказывали, как при Украине прижимали русскоязычное население. Вплоть до того, что в местном банке стояли видеокамеры и записывали звук. Если сотрудники говорили по-русски, следовало увольнение.

"Декабристка" в доме ВСУ

Операция по освобождению Северодонецка закончилась в 2022-м, но город до сих пор не оправился от разрушений. Казалось бы, какая здесь может быть жизнь? Соскучившись по детям, в апреле Ольга засобиралась домой, но перед отъездом предложила:

Что, если мы приедем с мальчиками насовсем? Мне плевать на войну. Я хочу быть с тобой.

Взвесили риски, спросили сыновей и на летних каникулах уже были вместе. Спокойный маленький городок в глубоком тылу, куда никогда не долетали беспилотники и где их дом, Ольга и дети променяли на прифронтовую полосу. Зато теперь можно быть вместе и жить как раньше – привычной семейной жизнью.

На этот раз жильё для Ольги с детьми нашли в том же селе, где служит Андрей. Сделали регистрацию. Мальчиков зачислили в местную школу, за время летних каникул у них появились тут друзья. Глава сельсовета безвозмездно выделил "декабристке" дом, брошенный прежними владельцами. Говорят, раньше там жил то ли сотрудник украинской оборонки, то ли военнослужащий ВСУ. Потом хозяина депортировали, и сейчас это пристанище жены русского офицера.

В доме есть мебель, электричество и газ, во дворе своя скважина, на случай отключений электроэнергии – генератор. Осталась даже хозяйская овчарка во дворе. Андрей живёт не с ними, но в двух шагах. По возможности приходит помогать по хозяйству. Чтобы быть постоянно на связи, купили рацию.

"Ждуны" запускают дроны с соседнего двора

Приехать сюда было не страшно – я уже видела, как здесь люди живут. Если бы там было опасно, я бы не поехала с детьми. Но первое время я боялась брать от соседей съедобные гостинцы – мало ли, что в эти помидоры и ягоды могли накачать. Может, хотят отравить? Но со временем понимаешь, кому можно доверять. Теперь мы дружим,

– делится Ольга.

Муж инструктировал, как правильно себя вести, передвигаться, разговаривать, проходить блокпосты. Познакомил с сослуживцами. Первое время Ольга опасалась общаться с местными – верить нельзя никому, в селе есть "ждуны". Вплоть до того, что недавно наши военные случайно засекли двор, с которого по ночам запускают FPV-дроны: вышли вечером курить и услышали с соседнего огорода характерное жужжание. Ольга говорит:

На что надеются "ждуны", непонятно. У всех уже русские паспорта. Если, не дай Бог, сдвинется линия фронта и ВСУ вернутся в село, они всех расстреляют, церемониться не будут. Доставать из-под кровати жёлто-синий флаг и размахивать им не выйдет – это вам не киношная "Свадьба в Малиновке", где "опять власть меняется".

Число погибших увеличилось до 9: Что известно про удар ВСУ по автобусу в ЛНР

"Под кроватями и в погреб не прячемся"

Живут они в 20 километрах от Кременной, которая и после освобождения остаётся горячей точкой – вражеские дроны охотятся на гражданский транспорт и прохожих, включая детей. Недавно в ЛНР оплакивали убитого 13-летнего подростка, а сегодня панихиды служат по девяти погибшим пассажирам рейсового автобуса – всех их убили украинские беспилотники.

Но даже к постоянным тревогам со временем привыкаешь, констатирует Ольга. Они с детьми научились различать по звуку громкую "Бабу-ягу", жужжание эфпивишек, "хлопки" артиллерии, рёв истребителей. По ночам слышно, как мимо окон летят стаи вражеских ударных дронов – их запускают на Россию неподалёку от села. И тогда в небе стоит гул.

Летают дроны, сжигают военные машины, но мирные жители тоже гибнут. В нашем селе это единичные случаи и не каждый день. Бывает неделя спокойная, а бывает кошмарят. Но под кроватями и в погреб мы с сыновьями не прячемся. Знаем определённое время, когда можно выйти на улицу. Благо, в школу им ходить не надо – они будут учиться дистанционно,

– поясняет Ольга.

"Ребята очень устали"

Без дела "декабристка" не сидит: если требуется, ездит с канистрами за бензином для "буханки" мужа. Машину он купил на свои деньги, чтобы выполнять поставленные задачи. Их 23-летняя дочь тоже служит свой бессрочный контракт. Вот такой "семейный подряд". Многие хотели бы перевезти семью поближе, но нет возможности. Поэтому тех, у кого она есть, можно считать счастливчиками.

Дома я рассказывала, что увидела в приграничье. Чтобы мои земляки понимали – там тоже можно жить. Люди там хотят быть счастливыми и любить даже во время войны. И мне там не страшно. У нас в глубинку России тоже прилетает, нигде нет ощущения полной безопасности. Поэтому если у кого-то есть возможность быть рядом с мужем и облегчить ему службу – это лучшее решение.

И таких, как Ольга, "декабристок" немало. В ближайшем окружении как минимум ещё одна семья, которая тоже решила воевать плечом к плечу – жена переехала в луганское приграничье из благополучного Тольятти. Правда, такая привилегия доступна не всем. Но поддержка нашим военным нужна как никогда. Двухнедельный отпуск пролетает незаметно, а дальше снова в бой. Ольга констатирует:

Ребята очень устали, до изнеможения. Держатся на морально-волевых и на энергетиках. Им тяжело не только физически, но и морально. Когда сослуживцы мужа бывают у нас в гостях, для них это как глоток свежего воздуха. Они скучают по дому, по близким, по семейной обстановке, даже элементарно по домашней еде. Один так и сказал: "Я вам так завидую, вы вместе".

Ольга с детьми выезжает в Кременную 30 августа. Накануне звонил Андрей: "Вы скоро? Я без вас уже не могу". Настолько привык, что семья всё лето была рядом. Когда жена только планировала переезд, он предупредил, что это не навсегда. А теперь они не исключают, что останутся на Луганщине насовсем. СВО рано или поздно закончится, а жить нужно прямо сейчас.

Что с того?

Пятый год семьи мобилизованных, контрактников, кадровых военных живут в реалиях СВО: мужья на фронте, жёны в тылу сражаются с проблемами. Кто-то жалуется. А кто-то просто делает всё, чтобы приблизить победу.

Подрастающие сыновья Ольги видят пример: папа и старшая сестра служат России. Не по мобилизации – по зову души. Отец не побежал в очередь на КПП Верхний Ларс. Он пошёл в военкомат. И стиснув зубы служит, сколько потребуется. Кто, если не я? А чтобы были силы – рядом верная жена и дети.

Таких женщин – стальных, которые едут за мужьями в приграничье, хватает. Есть и такие, кто вслед за мужем или отцом подписывает контракт. Немало и тех, кто лично возит в подразделения гуманитарные грузы. Женщины-волонтёры плетут маскировочные сети, стирая пальцы до крови. Они хотят быть рядом с нашими бойцами, но ещё больше желают скорейшей победы. Так победим.