Русские продукты в пайках ВСУ: Секрет торговли с Украиной. Зачем мы их кормим?
Вот так "страна-агрессор" – ещё и кормит
"Зрада" подкралась с неожиданного фланга. Благодаря плодородной почве и благоприятному климату украинские земли всегда считались житницей и Российской Империи, и СССР – а тут вдруг с продовольствием беда. В частности, с гречкой.
На днях исполнительный директор Международной ассоциации гречихи (исключительно украинская организация) Сергей Громовой ошарашил граждан Украины. Оказывается, в стране неурожай гречки и импортировать её неоткуда. Только из "страны-агрессора". Из России.
Как пояснил Громовой, до недавних пор в мире было три страны, экспортировавших гречку.
Украина выпала из списка сама собой.
Китай в последнее время вывозит гречку с большой неохотой, перенаправляя продовольствие на внутренний рынок. К тому же у китайской гречихи специфический горьковатый вкус – и украинцы такой продукт покупать вряд ли будут. Да и вряд ли смогут из-за цены.
Остаётся только Россия – и сценарий поставок в 2026-м на Украину русской гречки через Казахстан (благо, основной "гречневый" регион Республика Алтай как раз на границе – далеко везти не придётся) является неизбежным, разводит руками местный эксперт.
"Перемога Евромайдана" – меньше едят сами, больше вывозят на Запад
На Украине недоговаривают и лукавят: проблемы с гречкой возникли не сегодня.
Хотя, как напомнил в беседе с Царьградом политолог, кандидат философских наук Юрий Кот, к гречихе в этой стране отношение особое:
Гречка для жителей Украины нынешней или традиционной Малороссии своего рода сакральный продукт, который они на самом деле потребляют не так много. Но она является очень серьёзным маркером с точки зрения состояния общества и экономики.
Всё пошло под откос после пресловутого Евромайдана. К 2015 году ежегодное потребление гречки на Украине доходило до 180 тысяч тонн. И уже тогда около 25% этих объёмов приходилось импортировать, то есть закупать в России.
К концу 2021-го потребление упало до 140 тысяч тонн в год. И дело было не только в сокращении населения и в падении его покупательной способности (банально стали меньше есть – видимо, заменили "кавой из Венской оперы"…) – своё дело сделала и "невидимая рука рынка".
Крупным сельхозпроизводителям стало выгоднее выращивать более неприхотливые культуры (пшеница, кукуруза), которые к тому же хорошо экспортировались на Запад. Более того, качественную гречиху местные предприниматели также предпочитали вывозить: в том же Китае её с удовольствием покупали. Вот и оставалось внутреннему потребителю меньше доморощенной гречки.
"Неожиданной зраде" – уже лет 10
Решали проблему традиционно – за счёт России и "параллельного импорта".
Нынешние горестные вздохи "придётся закупать русскую гречку через посредника" – выглядят странно. Эта схема работает ещё с 2015 года, когда Киев формально запретил импорт гречихи из России.
При сокращении объёмов производства и переориентировании торговли на внешние рынки нигде, кроме нашей страны, украинский рынок гречку получить не мог. И вот в 2020-м через Казахстан закупили 15,4 тысячи тонн русской гречки, которая путём переоформления документов превратилась в казахстанскую, в 2021-м – 12,7 тысячи тонн…
Нет сомнений, что подобная система сработает и в 2026-м. Всевозможные запреты на торговлю с русскими, которые в Киеве принимают с незавидной регулярностью (в 2015-м, после начала СВО дважды, в 2022-м, подтвердили в 2023-м), остаются лишь на бумаге. Кушать всё-таки хочется.
Война войной, а бизнес бизнесом
Режим Зеленского не оставил выбора населению Украины, согласившись стать военным кулаком Запада против нашей страны, обратил внимание экономист Павел Селезнёв. По его словам, Россию в силу территориальных масштабов, объёма ресурсов, вовлечённости в международные торгово-экономические отношения никто вычеркнуть из мировой экономики не сможет. Другое дело, что нашим врагам надо каким-то образом соответствовать своим же лозунгам:
Потому мы и наблюдаем абсурдные, противоречащие здравому смыслу и экономической логике форматы с привлечением торговых посредников. Украина – страна-банкрот, который не может существовать без внешней финансовой подпитки со стороны Европы и МВФ. Эти деньги не вернутся, но их надо давать, чтобы удерживать страну и режим на плаву. При этом Украина банально вынуждена у нас закупать продукты, ту же гречку как продукт первой необходимости.
Кстати, не только гречку: торговля между двумя воюющими странами пусть и многократно сократилась, однако не прекратилась насовсем...
Вот лишь несколько прошлогодних новостей (четвёртый год спецоперации):
- только в июне прошлого года Киев закупил через посредников (Венгрия и Словакия) 348 млн кубометров русского газа – и это уже после того, как с 1 января был прекращён транзит голубого топлива из России в Европу через украинскую газотранспортную систему;
- экспорт дизельного топлива из Индии, подозрительным образом совпавший с увеличением закупок Нью-Дели русской нефти. Фактически Украина снова через посредников платила деньги России;
- торговля велась и в обратном направлении: так, за 2024 год почти 27 тысяч тонн украинской стали стоимостью свыше 21 млн долларов поставлено в нашу страну.
Теневой товарооборот затрагивает не только стратегические сферы, но и потребительскую продукцию, полагает политик, экс-депутат Верховной рады Олег Царёв:
Очень много российских товаров покупается на Украине. И много украинских товаров сейчас продаётся в России. Понятно, что это погоду не сделает, но взаимный товарооборот идёт. Бизнес аполитичен, он стремится к зарабатыванию денег.
Получится ли спасти Украину – и при этом заработать?
В "гречневой теме" есть два принципиальных для России в условиях проведения СВО вопроса.
Первый – а кому выгоднее сохранение такой специфической ситуации "торговли через линию фронта"?
Экономист Павел Селезнёв уверен – однозначно для России:
Вы – отечественный производитель, у вас постоянно работает производство, в любом случае товар надо продавать. Раньше у вас напрямую покупала Украина, а сейчас у вас покупают другие страны. Разве вам есть дело до того, куда они это дальше продают? Нет. Вы делаете свой оборот – остальное производителя не интересует. Гречка – это же не продукция оборонного назначения, не ракеты какие-то. Украинцы платят в разы дороже? Это уже их дело. Поэтому мы как продавали, так и продаём.
Второй вопрос более щепетильный: а должны ли мы позволять себе кормить население воюющей с нами страны?
Политолог Юрий Кот даёт утвердительный ответ, напоминая, что целью спецоперации является в том числе и спасение украинского народа от западной оккупации и итогового истребления:
На Украине достаточно много здравомыслящих и думающих людей, которые являются фактически заложниками этого концлагеря. И мы не воюем с гражданским населением. Если бы Россия действительно хотела уничтожить Украину, это уже давным-давно было бы сделано. Русские – это народ-воин, а не народ-убийца. Население мирное мы защищаем или освобождаем. Ничего нет плохого в том, чтобы спасти тех, кого на Украине ещё можно спасти, а наши производители гречки заработают при этом деньги.
Объективности ради нельзя забывать, что даже безобидная гречка может рассматриваться с точки зрения военной составляющей. Ведь такой компонент, как "гречневая каша с говядиной, 350 грамм", входит в состав сухпайка (ИРП – индивидуальный рацион питания) бойца ВСУ. То есть пусть опосредованное, но военное значение гречиха всё-таки имеет.
Однако преувеличивать его не стоит, уверен Юрий Кот:
Что касается военной целесообразности – ВСУ упакованы по самое не хочу: сосиски немецкие, разведка американская и британская, всякие европейские консервы. Один из факторов нашего сохранения здравомыслия – мы же не дарим эту гречку, а продаём. Украинские танки на гречке не ездят. А так – пускай люди кушают. В конце концов, людям на Украине надо как-то пережить это время и дождаться освобождения.
Что с того?
Кому-то "гречневый вопрос" может показаться незначительным.
И для Украины – мол, ничего страшного, потребление гречки на душу населения менее 2 кг в год, перебьются. И для России – финансовая выгода от "параллельного экспорта" невелика: в 2020-м гречки продали украинцам через третьи руки на 6,2 млн долларов, в 2021-м – на 7 млн долларов.
Но вопрос ведь не в том, насколько ещё жители оккупированной Украины могут затянуть пояса и сколько денег заработают отечественные производители гречки.
Речь о том, сколько продлится в нашей стране восприятие СВО как чего-то несерьёзного, чего-то, что не должно мешать бизнесу. Представьте ситуацию, как боевики ВСУ завтракают русской гречкой перед тем, как стрелять по русским солдатам и мирным жителям. Ваши чувства? Мои – мягко говоря, сложные.
Безусловно, не имеет смысла запрещать экспорт любой продукции, которая не используется в борьбе против России, в третьи страны, откуда её могут перепродать Киеву. А вот попытаться предугадать подобный сценарий и перенаправить экспорт той же гречки в Китай, где ей всегда рады, – смысл есть.
Пока мы не будем относиться к спецоперации всерьёз даже в мелочах (которых на войне, как известно, не бывает), а не с точки зрения экономической целесообразности и отвлечённого гуманизма, Победа к нам ближе не станет.