Русские выдали генералам НАТО охранные грамоты? Неожиданный ответ на больной вопрос
Помощь другу
Официальная формулировка визита звучит безобидно: "военные приоритеты Украины, извлечённые из войны уроки, готовность к будущим угрозам". НАТО отчиталось о посещении объектов, связанных с ПВО, беспилотниками и наземными роботизированными системами. О том, что делегация из 32 человек обсуждала с врагом удары по нашей территории, по военным и гражданским целям, по бойцам и мирным людям, – ни слова. Официально. Но очевидно, что не просто обсуждали, но и помогали планировать. Для Москвы это очередная демонстрация: за украинскими силами стоит военно-политическая машина, которая накапливает опыт, согласует потребности и ищет способы повысить эффективность ударов по России. И не боится нас, поскольку господа генералы в своей безопасности уверены. Создаётся впечатление, что они твёрдо знают: по ним ничего не прилетит, потому и совершенно спокойны.
А нам беспокоиться не только можно, но и нужно. 17 декабря 2024 года в Москве в результате взрыва погиб начальник войск РХБЗ генерал-лейтенант Игорь Кириллов. В феврале 2026 года совершено покушение на генерал-лейтенанта Владимира Алексеева, первого заместителя начальника Главного управления Генштаба. Это только самые громкие случаи, сам скорбный список гораздо длиннее. По данным открытых источников, с начала спецоперации Россия потеряла как минимум 19 генералов. Шесть генералов погибли в 2022 году, по пять – в 2023 и 2024 годах, трое – в 2025-м.
Понятно, что напрямую обвинять Запад в причастности к этим терактам можно только на уровне разговоров. Юридически НАТО не при делах, и предъявить можно только Украине, с которой мы и без того воюем. Но кровь требует отмщения, эмоции – выхода, и вопрос "почему не отвечаем" звучит и в комментариях под очередной новостью о преступлении Киева, и с экранов телевизоров, и с высоких трибун. А действительно, почему? Было бы справедливо, если бы по натовским чиновникам во время их визита в Киев жахнули. Справедливость, конечно, дело хорошее. Но в плюс бы нам это пошло или в минус? Попробуем разобраться.
Долго запрягаем или просто боимся?
Если бы 6 октября российская ракета поразила место встречи Военного комитета НАТО в Киеве и привела к гибели его участников, последствия вышли бы далеко за рамки потери нескольких высокопоставленных военных. Альянс лишился бы части опытных военных советников, но это не стало бы для него большой проблемой: вояк там хватает. А вот Украина, при внешней демонстрации скорби, ликовала бы: лучшего подарка им и представить нельзя. И вот почему.
Во-первых, с очень высокой долей вероятности Киев получит зелёный свет на использование дальнобойного натовского оружия без каких-либо географических ограничений. Целью станут не только военные объекты в приграничье, но и центры принятия решений, крупные авиабазы и энергетическая инфраструктура в глубине страны. Во-вторых, нарратив о "варварской России, убивающей миротворцев", получит абсолютное доминирование, а санкционное давление будет ужесточено. В-третьих, европейский избиратель, начавший сомневаться в "справедливости" войны, которую ведёт Киев, и "необходимости" поддержки Украины, на какое-то время своим сомнениям наступит на горло. И проголосует за ястребов.
Евробюрократы прекрасно понимают, почему Москва сохраняет сдержанность: Россия высчитывает каждый шаг, избегая конфликта с Альянсом на условиях, выгодных противнику. Однако в штаб-квартире НАТО этот прагматизм читают совсем иначе. Там стратегическое терпение и стремление действовать по правилам ошибочно трактуют как слабость, нерешительность или отсутствие реальных возможностей. Когда каждый шаг за "красную линию" остаётся без прямого силового ответа по организаторам, у противника возникает опасное иллюзорное ощущение: границы допустимого можно сдвигать бесконечно. А это нам совершенно никак не помогает: нас должны бояться, а не пробовать на прочность. И так ли велики для Москвы будут возможные издержки этого страха?
На провокации – поддаваться
Если бы в результате нашего ракетного удара погибли высокопоставленные лица Альянса – они погибли на территории страны, которая находится в войне и не является членом НАТО, – соответственно, начинать масштабные конфликты из-за этого никто бы не стал. В плане санкционного давления, экономических мер и гибридных операций – да, скорее всего, мы получили бы ответ. Но надо понимать, что Европа уже для этого сделала всё, что она могла, и даже немножечко больше. А США за исключением дипломатических криков не сделали бы ничего, даже если бы лишились какого-нибудь многозвёздного генерала. Ответные удары Ирана по американским базам продемонстрировали, что США готовы ограничиваться символическими мерами, если речь не идёт о массовых жертвах.
Создаётся впечатление, что, отправив в Киев натовских функционеров, Брюссель пытался спровоцировать Москву. Но не спровоцировал, а зря. Когда вы убиваете вражеских военнослужащих, к вам начинают серьёзно относиться, убеждён военный обозреватель Царьграда Влад Шлепченко:
Ничего страшного не случилось бы, это было бы России даже в плюс, потому что с серьёзными людьми боятся делать некоторые вещи, которые не боятся делать с нами. Запад за последние годы пришёл к мысли, что русские не так уж страшны. Это было связано с тем, что наше руководство по целому ряду и объективных, и субъективных, и психологических, и экономических причин проводило очень мягкую, очень терпеливую позицию. Сейчас нужно эту ситуацию потихонечку отыгрывать назад и объяснять, что русские всё-таки это не мальчик для битья. Что за попытки что-то делать с нами можно потерять голову. И в принципе, мы видим ряд признаков, что ситуация развивается в этом направлении. Поэтому я думаю, что шансы на то, что мы увидим более решительные какие-то действия с нашей стороны, растут.
Да, наши военные не сидят сложа руки. Но в публичном пространстве создаётся иллюзия, будто враг может безнаказанно повышать ставки, не опасаясь встречного удара по настоящим центрам принятия решений. А в это время украинские вооружённые силы целенаправленно убивают наших. Когда мы предаём земле своих и опознаём детей под обломками, в Киеве празднуют. Цена нашей "сдержанности" и "осмотрительности" – жизни наших людей. Каждый день, когда вместо удара по штабу мы вновь говорим о "красных линиях", добавляет новые строки в страшную статистику потерь.
Что с того?
Уверенность натовских стратегов в собственной неприкосновенности покоится на зыбком фундаменте. Пока в Брюсселе считают, что все ответные шаги Москвы исчерпываются дипломатическими нотами и папками с уголовными делами, западные генералы будут без опаски приезжать в Киев, превращая его в свою оперативную площадку. Они продолжат распределять цели, сводить карты и координировать удары по русской земле ровно до тех пор, пока не прочувствуют личную, физическую угрозу за каждый шаг по Украине.
Против нас развёрнута полномасштабная гибридная война, где одна сторона воюет всерьёз, а другая ведёт боевые действия, усердно блюдя какие-то "рыцарские правила". Но враг обязан чувствовать ужас. Пока Киев видит, что на его преступления мы отвечаем лишь новым уголовным делом, он не остановится. Пока западные политики и военные спокойно посещают Украину, не волнуясь по поводу своей безопасности, они будут продолжать способствовать новым атакам на Россию.
Если наша политика не подкрепляется реальной опасностью для организаторов процесса, границы допустимого для противника сдвигаются дальше. Враг понимает только силу. Сейчас за теракты в Москве и обстрелы приграничных городов не платят жизнью те, кто даёт указания и поставляет оружие. Поэтому цена нашей выдержки будет ежедневно измеряться новыми именами в скорбных списках и разрушенными домами. Пока натовские генералы могут спокойно прилетать в Киев и улетать обратно, они будут продолжать содействовать терроризму. Изменить это можно только одним способом – если следующий рейс в Киев станет для них последним. Вопрос лишь в том, сколько ещё русских должно погибнуть, прежде чем это произойдёт.