Война, которую мы проиграли: Ответ великих артистов раскрывает глаза

Дорога на Берлин Леонида Утёсова

Когда мы говорим об агитбригадах, перед глазами сразу встаёт невысокий чернявый мужчина с хитрым и весёлым взглядом, в бескозырке "Черноморский флот". Это легендарный Леонид Утёсов. К началу войны он уже был звездой всесоюзной величины: его песни знали наизусть миллионы людей. Ходили слухи, что даже сам Сталин плакал во время одного из концертов обаятельного одессита.

Летом 1941 года Утёсов уже знал, чем будет заниматься в ближайшее время, и, вместо того чтобы выбивать себе "бронь" или уезжать в эвакуацию, он стал спешно формировать фронтовой джаз-оркестр. В то время этот жанр ещё не считался "буржуазной музыкой загнивающего Запада" и коллективы формировались повсеместно. Бодрый, советский, жизнеутверждающий джаз, наполненный оптимизмом и иронией, любили и понимали все: и крестьяне, и рабочие, и интеллигенция в рядах Красной армии. Даже блатные песни – вроде "С одесского кичмана" или знаменитой "Мурки" – шли на ура.

Утёсов с командой в кратчайшие сроки разработал специальную программу со звучным названием "Гадам нет пощады", и сперва они исполняли её на призывных пунктах и в военкоматах Москвы. Но уже в 1942-м отправились на линию фронта. Выступали везде, порой буквально перекрикивая эхо артиллерийских "прилётов" и "выходов". Их сценой были лесные опушки, импровизированные подмостки в километре от ЛБС, иногда – кузов грузовика. Случалось, артисты целыми днями искали расположение той или иной части, но подвести солдат не могли. Командиры бомбардировали Москву просьбами: срочно нужны утёсовцы для поддержания боевого духа! Сам Утёсов вспоминал:

Под проливным дождём выступали мы в парадной одежде. В каких бы условиях ни проходило представление, оно должно быть праздником, а тем более – на фронте. Но мы были счастливы, что по-настоящему участвуем в битве с фашистами.

К середине войны в репертуаре Утёсова появляется лирическая песня, ставшая его визитной карточкой и, без преувеличения, одним из символов военной эпохи, – "Тёмная ночь" (написана композитором Никитой Богословским и поэтом Владимиром Агатовым). Для фильма "Два бойца" её исполнил Марк Бернес, снявшийся в картине. Однако Утёсов делает даже большее: он (без ведома и разрешения авторов песни и творческой группы кинофильма) берёт её на фронт – приносит в окопы и блиндажи.

Бойцы знали, что через час-другой они пойдут в атаку, растворятся в ночи и, возможно, больше никогда не увидят своих любимых. Слова песни били в самое сердце, солдаты не просто слушали, а буквально проживали её и шли в бой с надеждой. Каждый верил, что и в его случае сбудутся слова "Тёмной ночи":

Ты меня ждёшь и у детской кроватки не спишь,

И поэтому знаю: со мной ничего не случится!

Песнями Утёсова, по сути, была вымощена пресловутая "Дорога на Берлин" – так называлась одна из самых пронзительных композиций "джаз-бенда". Под неё русские части проламывали оборону врага.

"Синий платочек" Клавдии Шульженко

Утёсов не был одинок. Рядом с ним – на тех же фронтовых дорогах, в тех же госпиталях и блиндажах, – работали другие таланты. Клавдия Шульженко и её ансамбль дали за войну более пятисот концертов. Сложно поверить, что красивая 35-летняя женщина будет добровольно рваться на самые сложные участки фронта. Порой они давали по нескольку концертов в день. Её трогательный "Синий платочек" знают все.

Текст вальса Ежи Петерсбурского написал Яков Галицкий – песня была популярным шлягером 1940-1941 годов. Но в условиях войны её нужно было немного переделать, чтобы она соответствовала ситуации.

Однажды Шульженко выступала в гвардейской части генерала Гагена на легендарной Дороге жизни через Ладожское озеро. Там она познакомилась с сотрудником газеты 54-й армии Волховского фронта лейтенантом Михаилом Максимовым. Позже военкор вспоминал:

Узнав, что я пишу стихи, Шульженко попросила меня написать новый текст "Синего платочка". "Песня популярна в народе, – сказала она, – у неё приятная мелодия. Но нужны слова, которые бы отражали нашу великую битву с фашизмом".

В итоге "Платочек" зазвучал по-новому и стал фронтовым хитом – песня всецело отражала позицию простого русского человека. За что он гибнет под Ржевом и Прохоровкой?

За синий платочек, что был на плечах дорогих, 

– отвечала Клавдия Шульженко.

Русланова: голос из землянки

Лидия Русланова была, пожалуй, наиболее "народной" из всех артисток, выступавших на фронте. Недаром именно её голос "озвучивает" один из самых триумфальных эпизодов войны – концерт на ступенях поверженного Рейхстага в мае 1945 года.

Но до Берлина были ещё тысячи километров войны. Русланова работала, не жалея ни голоса, ни сил. Она выступала на передовой под обстрелами, в госпиталях: всего дала более 1100 концертов. Даже зимой в лютую стужу, когда у музыкантов синели пальцы на морозе, а Лидия постоянно пила стрептоцид, чтобы не подвёл голос, ведь её ждали.

Выдержке Руслановой можно было только позавидовать. Например, рассказывали, что однажды её машина попала под обстрел. Водитель погиб, Лидия не пострадала и уже через пару часов пела для солдат Рабоче-крестьянской армии песни о доме: валенках, степи, родной земле. Особенно бойцы любили песню "В землянке". В исполнении Руслановой образ фронтовой землянки становится осязаемым, когда чувствуешь запах хвои, дыма самокруток, мокрых солдатских бушлатов, которые оттаивают в тепле. И понимаешь, что от этого нехитрого уюта до смерти – всего-то "четыре шага".

Интересно, что Русланова на свои личные деньги купила и передала Красной армии несколько батарей "катюши". Артистка, которая пела "Валенки", дарила солдатам гвардейские миномёты. Это был жест, в котором личное и государственное сплелись воедино. Она понимала: нужно вкладываться в Победу всеми доступными способами.

Солдаты вспоминают, что все выступления артистки отличались особой энергетикой. Она никогда не стояла на месте, а всегда находилась в движении, приплясывала, шутила. Сердца солдат оттаивали даже после рукопашных атак.

В чём суть?

Поразительно, что 80 лет назад в России прекрасно понимали, как важна культурная составляющая на фронте, а сейчас, в информационную эпоху, об этом, похоже, забыли. Причём забыли как сами звёзды шоу-бизнеса, избегающие выступлений в зоне СВО, так и власти, которые должны отвечать за это. Одно радует – в стране всё-таки есть артисты, которые не испугались и с 2022 года (а кто-то и с 2014-го) работают на передовой, несмотря на реальную угрозу жизни.

И надо же, как странно всё сложилось: порой на ЛБС исполняются те же самые песни, что и во времена Великой Отечественной войны, – "Тёмная ночь", "Синий платочек", "В землянке", причём в тех же самых местах. И нет сомнений, что эти песни снова проложат дорогу для нашей армии – если не на Берлин, то хотя бы на Киев.