"Не ошибка, это – вредительство!" Кто на самом деле виноват в бензиновом кризисе
8 июля президент России Владимир Путин на совещании с членами правительства поручил "как можно быстрее развернуть возможности малого и среднего бизнеса по производству нефтепродуктов".
При этом он потребовал закрывать нужды в горючем не только для государственных структур и силовых ведомств, но и для населения, чтобы люди "не испытывали никаких трудностей с заправкой". Президент поручил вице-премьеру Александру Новаку докладывать о том, как продвигается решение этой проблемы. Особое внимание он уделил ситуации в Крыму, обозначив членам правительства требования к срокам принятия решений по субсидированию региона с непростой логистикой.
Давайте договоримся, что формулировки будут другие. Не просто "готовы рассмотреть", не просто "рассмотреть", а рассмотреть и принять решение как можно быстрее! Не надо затягивать,
– добавил Владимир Путин.
Отечественная болезнь гигантизма
В России, по различным данным, крупные компании-монополисты контролируют до 70–80% рынка топлива. В США ситуация противоположная: на долю малого и среднего бизнеса приходится 60–70% рынка. В Великобритании так называемые независимые владельцы АЗС контролируют 64% точек продаж, супермаркеты – ещё 18%, собственно нефтяные компании – ещё 18%. В Канаде лишь 22% станций находятся под контролем нефтяников, ещё 78% – под контролем независимых владельцев.
В Китае энергетические гиганты PetroChina и Sinopec контролируют 20 и 26% рынка соответственно, остальное – независимые мелкие и средние частники.
Монопольное положение дел с АЗС в России позволяет небольшому числу компаний назначать любую цену на топливо. Во время войны нефтяные гиганты попросту неповоротливы и проблему дефицита бензина быстро решить не смогли.
В России большие топливные корпорации сделали всё для того, чтобы устранить конкурентов на малом и среднем уровне. Ну, простой контрольный вопрос в этой связи: вот у нас сейчас кризис с топливом, а что, у нас в России стало меньше нефти? Да нет, конечно. Тогда возникает вопрос: а почему кризис? Ответ очень простой: в десятках субъектов Российской Федерации если бы в каждом было три, четыре, пять малых и средних энергетических конкурентов, конкурирующих между собой не на уровне огромных заводов по нефтепереработке, а на уровне малых, находящихся в легальном поле нефтеперерабатывающих станций, то мы бы и не заметили этого кризиса,
– рассказал Царьграду полковник запаса, экс-глава Министерства государственной безопасности ДНР Андрей Пинчук, написавший книгу о ресурсах и логике специальной военной операции "Клаузевиц и пустота".
Проблема не возникла внезапно. Об этом ещё в 2011 году говорил заместитель руководителя Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Анатолий Голомолзин.
В числе прочего в ходе большой интернет-конференции он заявил: "на федеральном рынке нефтепродуктов условия конкуренции недостаточно благоприятны – совместно доминируют несколько крупных нефтяных компаний"; "независимым АЗС топливо продаётся по существенно более высоким ценам, чем предприятиям нефтепродуктообеспечения ВИНК"; "основной объём сделок совершается на закрытых условиях внутри группы лиц ВИНК по существенно меньшим ценам"; "независимые АЗС балансируют на уровне безубыточности".
Британский след на русской заправке
Самое интересное – сотрудникам ФАС тогда даже удалось доказать свою правоту в Высшем арбитражного суде (ВАС). Характерно, что предыдущие три судебные инстанции отвергли доводы антимонопольщиков и встали на сторону нефтяников.
Царьград нашёл и изучил это решение.
Ответчиком по делу выступала российско-британская компания ТНК-BP.
В постановлении № 16678/09 от 25 июня 2010 года президиум ВАС признаёт, что "рынок имеет совместное доминирование вертикально интегрированных нефтяных компаний". Суд согласился с утверждением ФАС, что ТНК-BP, "Роснефть", "Лукойл" и "Газпром нефть" монопольно контролировали рынок. При этом ТНК-BP устанавливала и поддерживала "монопольно высокие цены на бензин и авиационный керосин и создавала дискриминационные условия для независимых компаний".
Более того, суд признал, что рост внутренних цен на топливо не объяснялся экономическими причинами. При росте мировых цен российские цены росли быстрее экономически обоснованного уровня, а при снижении мировых цен внутренние цены, в свою очередь, снижались значительно медленнее. Прибыль ТНК-BP росла быстрее издержек, а цены "превышали сумму необходимых расходов и нормальной прибыли".
Высший арбитражный суд, таким образом, отменил решения судов нижних инстанций и подтвердил законность решения ФАС от 25 ноября 2008 года № АГ/31199 о наложении штрафа на ОАО "ТНК-ВР Холдинг" в размере 1,1 миллиарда рублей. Это – один из крупнейших штрафов в истории антимонопольного ведомства.
Роберт Дадли и его команда
Британцы работали в чужой стране и, конечно, никак не были заинтересованы в том, чтобы оставлять хотя бы часть прибыли местным "аборигенам" – мелким смешным частникам. Они работали тут не как у себя дома, а как в колонии, из которой надо выжимать максимум,
– рассуждает в беседе с Царьградом юрист-международник, член Московской городской коллегии адвокатов (МГКА) Максим Сологуб.
Важно понимать: ТНК-ВР в тот момент входила в тройку крупнейших нефтяных компаний России (наряду с "Роснефтью" и "Лукойлом"), которые, кроме собственно добычи нефти, контролировали до 70% продаж бензина. Эта компания вела себя наиболее агрессивным образом, расширялась и вообще "задавала тренды".
Британцы не были "партнёрами", а узурпировали власть в компании.
ТНК-BP была создана в 2003 году как совместное предприятие британской BP (ей принадлежало 50% акций) и российского консорциума AAR (это ещё 50% акций, которые контролировали олигархи Михаил Фридман и Герман Хан из Alfa Group, Виктор Вексельберг из Renova Group и Леонард Блаватник из Access Industries).
Главой компании стал американец Роберт Дадли. Между собственниками довольно быстро разгорелся конфликт. В июле 2008 года AAR распространила среди инвесторов меморандум с требованием об отставке Дадли.
В АAR считали, что BP пытается получить "тотальный контроль" над компанией, несмотря на равенство долей. Якобы Дадли принимает решения без согласования с советом директоров, действует в интересах BP, а не совместного предприятия, а также концентрирует управление в руках иностранных менеджеров.
В открытых источниках упоминаются: Джеймс Оуэн (James Owen) – финансовый директор (CFO); Крис Слайгер (Kris Sliger) – вице-президент; Ричард Херберт (Richard Herbert) – ещё один вице-президент; Ламар Маккей (Lamar McKay) – исполнительный вице-президент. Всего было привлечено около 150 топ-менеджеров.
Корреспондент Царьграда нашёл один из официальных документов BP, посвящённых конфликту. Это раскрытие отчётности компании для Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC) в форме Form 6-K за II квартал 2008 года. Раскрытие этой информации было не добровольной инициативой BP, а исполнением обязанностей перед международными инвесторами по американским законам.
Там признаётся факт конфликта и претензии к Дадли. Кроме того, там упоминается о некоем судебном решении по действительно "ценным" (и очень дорогим!) иностранным специалистам, которых Роберт Дадли привлекал к сотрудничеству.
"Мёртвые души" на полмиллиарда долларов
"Первый русский" нашёл это решение.
Это иск ЗАО "Тетлис" (одного из миноритарных акционеров) к руководству ТНК-BP и BP, который рассматривался Арбитражным судом Тюменской области. В тексте решения суда от 23 июля 2008 года была приведена точная сумма расходов ТНК-BP на неких международных "топов" из BP в 2003–2008 годах – 489,6 миллиона долларов.
При этом ответчики не смогли рассказать, кому и за что платила российская компания. Раз в месяц стороны подписывали акты, но там не было данных о должностях людей. Суд пришёл к выводу, что перевод этих денег был "притворной сделкой".
В итоге Федеральная миграционная служба не продлила Дадли рабочую визу в России. До декабря 2008 года он пытался руководить компанией удалённо из Лондона, но после сложил полномочия. В 2013 году ТНК-BP вошла в состав "Роснефти".
Конечно, слава Богу, что Россия вернула себе активы, забрала их у британцев-мошенников. Но при этом система осталась та, что построили британцы, – с максимальным зажимом мелкого бизнеса. У англичан это была не ошибка, это было сознательное вредительство. Мини-НПЗ, так называемые "самовары" или "чайники", никто не вернул. Монополизм остался,
– фиксирует Сологуб.
ТНК-BP иностранцы в деле монополизации российского рынка использовали в качестве тарана, но это была далеко не единственная попытка.
В конце 1990-х – начале 2000-х американцы из ExxonMobil рассматривали возможность установить контроль над "Лукойлом" – сделка не состоялась. Кейс Дадли, который попытался нагло и целиком захватить совместную компанию, оказался слишком болезненным. Тем не менее в "Лукойл" пришла другая американская крупная компания – ConocoPhillips, которая выкупила пятую часть энергетического гиганта и влияла на его стратегию. Лишь в 2011 году ConocoPhillips ушла из России.
ЮКОС, активы которого позже отошли "Роснефти", по данным Конгресса США на 2003 год, на 20% контролировался иностранными фондами. При этом газета Financial Times сообщила, что та же ExxonMobil была заинтересована в приобретении аж 50% акций компании.
Уголовное дело против Михаила Ходорковского*, к счастью, остановило поглощение.
***
С призывом к властям и бизнесу в самые сжатые сроки воссоздать в стране сеть мини-НПЗ выступил учредитель Царьграда Константин Малофеев.
За эти годы наш нефтяной рынок прошёл длинный путь и стал гораздо цивилизованнее. Качество бензина стало соответствовать самым лучшим мировым стандартам. Вертикально интегрированные нефтяные гиганты во главе с "Роснефтью" и "Лукойлом" поделили между собой все НПЗ и все заправки. "Самовары" позакрывали. Но пришла война. И то, что было хорошо для мирного времени, стало нашей уязвимостью в современной войне, когда один дешёвый БПЛА может спалить огромный НПЗ",
– написал учредитель "Первого русского" в своём телеграм-канале.
Надо вернуть децентрализацию. Как у противника. Сотни "самоваров". Взорвали один – не беда, справятся десятки в округе. Снизить нормы для качества бензина. Лучше бензин похуже – но есть, чем получше – но нет,
– добавил он.
* Признан в РФ иноагентом, внесён в перечень террористов и экстремистов.