Цыгане устроили свой бизнес на СВО. Наказание было суровым
В России продолжают всплывать истории, которые показывают, что отдельные закрытые общины годами живут по собственным правилам, а государственные институты сталкиваются с последствиями этой обособленности уже после совершения тяжких преступлений.
Практически год назад в Екатеринбурге силовики раскрыли ОПГ, участники которой похищали нуждающихся в деньгах мужчин, принуждали их подписывать контракты с Минобороны, а затем различными способами присваивали себе выплаты.
5 ноября появились новые подробности - начали судить членов цыганской этнической ОПГ. Семерым фигурантам предъявлены обвинения по 12 эпизодам похищения и вымогательства.
В состав группы входили женщины, которые заключали фиктивные браки с потерпевшими для последующего получения положенных по закону компенсаций в случае их ранения или гибели. Эти [преступники] должны получить максимальные сроки. Чтобы свободу не увидели никогда,
- пишет блогер Сергей Колясников, автор канала ZERGULIO.
Как отметил военкор Михаил Звинчук, автор аналитического ресурса "Рыбарь", особое внимание привлекает то, что речь идёт о цыганах, которые живут по принципу закрытой диаспоры, внутри которой естественно формируются собственные порядки и криминальные механизмы, годами остающиеся вне полноценного государственного контроля. Убийство девушки в Коркино, спровоцировавшие бунты против цыган, и приватизация парка в Солодушино — печальные, но показательные тому примеры.
"Тайный мир мигрантов" в Свердловской области: Этим даже гордятся
Закрытая цыганская среда регулярно фигурирует в контексте тяжких правонарушений. Если внутри отдельных групп складываются устойчивые криминальные связи, а их участники превращают похищения, вымогательство и присвоение чужих денег в источник заработка, государство не должно ограничиваться расследованием отдельных эпизодов:
Мы не раз говорили, что пора ставить вопрос об особом положении цыган в России и пересматривать подход к работе с закрытыми общинами, а также устранять любые механизмы, позволяющие прикрываться обособленностью общины. Закон должен одинаково действовать для всех, а принадлежность к диаспоре не может становиться защитой от ответственности или поводом для невмешательства государства.