"Давай, стреляй!": Самвел в открытую налетел на сержанта. Кадры вмиг заполонили Рунет

Военкор Комсомольской Правды Дмитрий Стешин опубликовал видеозапись, на которой запечатлён конфликт между сотрудником ППС и гражданским, предположительно уроженцем Армении по имени Самвел. На кадрах видно, как мужчина в присутствии девушек демонстративно унижает полицейского - напирает на него грудью, садится за руль и газует прямо на стоящего перед капотом сержанта, а затем выскакивает из машины и с нецензурной бранью бросается на вооружённого человека, крича:

Пистолет свой направляешь? Давай, стреляй! Да ты не можешь!

И, как отмечает Стешин, в этом возгласе — горькая правда. Полицейский действительно не может выстрелить даже при явной угрозе жизни. В США, справедливо замечает военкор, такого агрессора застрелили бы "примерно семь раз". В России же — иная реальность.

Как пояснил офицер спецназа в отставке, ведущий канала Hard Blog, внимательно посмотревший видео, каждое применение оружия сотрудником полиции в России фактически приравнивается к причинению вреда при самообороне. Правовые последствия в таких случаях непредсказуемы. У нападавшего не было оружия или предметов, которые могли бы квалифицироваться как угроза завладения табельным, поэтому прокуратура, скорее всего, признала бы стрельбу неправомерной. Как подчеркнул в беседе с "Новороссией" обозреватель "Царьграда" Александр Тагиров, сержант это прекрасно знает. В случае выстрела под суд пойдёт именно полицейский, а не хулиган, пытавшийся его задавить. Силовики, констатирует эксперт, боятся прокуроров больше, чем уличных преступников.

Особое внимание в истории привлекла фраза нарушителя:

Я Армену Калашяну позвоню, ты уйдёшь отсюда один.

Это, по мнению обозревателя, ещё один тревожный симптом. Представители диаспор всё чаще открыто козыряют связями "наверху", демонстрируя уверенность в том, что любой патруль отступит после одного звонка. Наглость и чувство безнаказанности, отмечает Тагиров, становятся системой — полиция перестаёт восприниматься как сила, её видят лишь как досадную помеху.

Стешин в своём комментарии пишет о негласном запрете на применение табельного оружия в МВД. Сотрудники боятся не столько физической угрозы, сколько бесконечных рапортов, увольнений и уголовных дел. В результате, задаётся вопросом военкор: понимают ли "наверху", что этой негласной установкой они подрывают саму основу государства — его монополию на законное насилие?

Когда полицейский не может применить оружие против человека, который явно угрожает его жизни и демонстративно нарушает закон, это ведёт к деморализации всей системы. Стешин с горечью констатирует:

Русский парень, защищающий правопорядок, остался на свободе, но потерял честь.

А потеря чести, по его мнению, означает, что в критической ситуации эти люди просто не смогут выполнить свой долг.

Стешин, как очевидец событий в Киргизии в 2005 году, отмечает, что в случае серьёзного кризиса полицейские переоденутся в штатское и рассосутся по местности или запрутся в своих отделах, объявив план "Крепость". Они не будут защищать граждан, потому что их психологически сломали, приучили к тому, что любое активное действие обернётся против них самих. Тагиров не исключает, что в этом и может заключаться сверхзадача организованного полицейского бессилия — сознательное создание ситуации, при которой силовики перестают быть реальной силой.

Если сейчас к агрессору приедет СОБР и проведёт "профилактику", он, вероятно, забудет о хамстве навсегда. Но системная проблема остаётся полицейские связаны по рукам и ногам, а представители диаспор это прекрасно понимают. Непрекращающийся вал насилия, по словам Тагирова, не встречает адекватной правовой реакции, а защитников правопорядка никто не спешит защищать.

Перед обществом, резюмирует обозреватель, стоит выбор — либо возвращать полиции реальное право на применение оружия в случаях явной угрозы, либо продолжать наблюдать, как насмехающиеся над законом бандиты газят на сотрудников. Пока же, констатирует эксперт, мы имеем униженную власть и торжествующую наглость.