"Дух Анкориджа" был спецоперацией. Теперь Уиткоффа и Кушнера сменил новый посланец

О том, что Силуанов обсуждал с Бессентом украинское урегулирование, сообщили американские СМИ. Сам факт контакта, сомнений практически не вызывает. Но куда интереснее другое: зачем Вашингтону понадобилось говорить о мире именно с министром финансов России. И зачем Москве понадобился именно такой собеседник?

Вашингтон мог прощупывать Москву

Силуанов оказался в США не случайно. Он участвовал во встрече министров финансов и руководителей центральных банков G20. Кроме того, он представляет Россию в международных финансовых структурах. Поэтому формально разговор с Бессентом вполне укладывается в его компетенцию. Но украинская тема превращает обычную встречу в нечто гораздо более интересное.

Как рассказал Царьграду политолог Вадим Сипров, американцы могли одновременно решать две задачи: понять, что Москва думает о будущем мировой финансовой системы, и выяснить реальные пределы её готовности к компромиссу по Украине. Особенно важен здесь доллар — на фоне разговоров о деглобализации и укреплении независимых финансовых структур, включая БРИКС и ШОС.

Иными словами, Бессент мог пытаться получить информацию. Но и Москва могла делать то же самое.

Почему выбрали именно Силуанова

Силуанов — далеко не очевидная кандидатура для дипломатической миссии по Украине. Но именно поэтому он мог оказаться удобен. Американская сторона знает его как человека, ориентированного на взаимодействие с западной финансовой системой. Следовательно, Вашингтон мог предполагать, что именно с ним можно говорить достаточно откровенно и озвучивать максимально жёсткие требования.

Вадим Сипров предполагает, что Силуанов мог получить задачу не торговаться и не заключать соглашение, а снять американскую переговорную позицию. Причём именно в её наиболее жёстком варианте.

Я отважусь предположить, что верховная власть, а без согласования с главой государства Силуанов не отважился бы провести такую встречу и обсуждать не свои темы, просто использовал Антона Германовича для того чтобы получить максимально полную информацию о переговорной позиции США,

 — считает политолог.

Если так, то перед нами уже не дипломатическая импровизация, а вполне понятная разведка переговорных позиций.

Что общего у Силуанова с Уиткоффом и Кушнером

Прежний американский переговорный трек строился вокруг Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера. Их поездки, контакты с Москвой и последующие дипломатические ходы создавали ощущение, что Москва и Вашингтон постепенно нащупывают отдельный канал для обсуждения украинского конфликта.

При этом сам "Дух Анкориджа" с самого начала был гораздо больше политической формулой, чем оформленным соглашением. На саммите не появился подписанный мирный документ, а позднее даже американская сторона подчёркивала отсутствие формального соглашения.

Однако переговорная машина после Анкориджа продолжила работать. И теперь, если верить версии Сипрова, произошла своеобразная смена ролей. Уиткофф и Кушнер ездили в Москву, чтобы привозить американские предложения и получать русские сигналы. Теперь представитель Москвы мог отправиться в обратную сторону — получить американские условия и доставить их в Москву.

Наш министр финансов возможно полагает, что он вершит судьбы мира и участвует как субъектный переговорщик. Возможно. Но ситуация, если посмотреть на неё в контексте всех перипетий русско-американских отношений с начала президентского срока Дональда Трампа, то, можно предположить, что Силуанов выступает сейчас в роли эдакого “Витька” и “Зятька”, только с нашей стороны и в одном лице. Поехал, снял информацию, информацию привёз,

- отмечает Вадим Сипров.

Главная цель — не сделка, а информация

В таком прочтении встреча Силуанова и Бессента приобретает совершенно иной смысл. Москва могла вовсе не рассчитывать на заключение какого-либо соглашения через министров финансов. Её задача могла быть гораздо прозаичнее: заставить американскую сторону самой выложить на стол максимально неудобный для России вариант.

Это особенно важно с учётом перспективы нового разговора Владимира Путина и Дональда Трампа на саммите АТЭС в Китае в ноябре. Если Москва заранее знает американскую позицию, президент России приходит на переговоры уже подготовленным, понимая не только то, чего хочет Вашингтон, но и то, какую цену США готовы выставить за мир.

Таким образом, перед переговорами, а я напомню, что встреча между Путиным и Трампом состоится в середине ноября на саммите АТЭС в Китае, Путин приедет на эту встречу с полным пониманием того, что наши оппоненты готовы предложить России в качестве самого невыгодного для нас варианта заключения мира в конфликте,

— предполагает Сипров.

И тогда "Дух Анкориджа" действительно выглядит не финалом переговоров, а частью более длинной игры. Уиткофф и Кушнер могли быть одним её этапом. Силуанов — следующим.

Ранее РИАМО сообщило, что на СВО погиб экс-помощник Жириновского и герой мема "Сафонов, оплатить!"