Египтянин записал в России рэп, чтобы показать всю сложность русского языка
От «видеть» до «обозревать»
Египтянин начинает так: «Посвящается тем, кто считает русский язык легче английского». Затем берётся за глагол «видеть» и начинает перечислять его формы: «вижу», «видишь», «видит», «видим», «видите».
Дальше список становится длиннее. Появляются «видели», «увижу», «увидишь», «увидит», а затем формы «видящий», «видевший», «увидевший». После этого египтянин переходит к другим словам. Он называет «замечать», «заметить», «разглядеть», «узреть», «рассматривать», «наблюдать», «созерцать», «предвидеть», «обозревать». В конце добавляет существительные и прилагательные: «восприятие», «зрение», «видимость», «наблюдение», «зоркий», «зрящий».
Весь этот список египтянин читает как рэп. Глаголы, причастия, существительные и прилагательные идут один за другим, а исходное слово «видеть» постепенно обрастает десятками форм и родственных слов.
Лоренцо решил разобраться с выражениями
Не один египтянин столкнулся с особенностями русского языка. Итальянец Лоренцо приехал в Россию учиться и знакомиться с культурой. Русские друзья помогали ему освоить речь, а однажды в разговоре прозвучала фраза «руки всё никак не доходят».
Лоренцо понял её буквально. Он посмотрел на руки собеседника и попытался выяснить, как именно они могут куда-то дойти: «Это... это болезнь? Анатомический парадокс? Как руки могут ходить? У них же нет ног!»
Дальше итальянца заинтересовали другие выражения. Например, «да нет, наверное». Лоренцо никак не мог понять, как в одной фразе одновременно помещаются согласие, отрицание и сомнение. Следом появились «голова раскалывается» и «глаза разбегаются». А под конец друзья решили добавить ещё одну фразу: «Давай, Лоренцо, ноги в руки и вперед!»
Итальянец снова воспринял всё буквально: «Сначала руки ходили сами по себе... Теперь ты хочешь, чтобы я взял свои ноги... в свои руки... и так пошел? Ты хочешь, чтобы я превратился в колесо? В колобка?!»
Египтянин выбрал для русского языка рэп, Лоренцо пытался разобрать его по смыслу. Оба пришли к одной проблеме: русские слова могут менять форму, а знакомые выражения иногда означают совсем не то, что слышится иностранцу.