Ереван опровергает планы по разрыву с Москвой
Министр иностранных дел Армении Арарат Мирзоян заявил, что его страна не намерена создавать напряженность в отношениях с Россией. Соответствующее заявление было сделано на совместной пресс-конференции с главой МИД Литвы Кястутисом Будрисом, прошедшей в Ереване.
Отвечая на вопрос журналиста о возможности так называемого «политического развода» с Москвой, глава армянского внешнеполитического ведомства подчеркнул, что Ереван не планирует разрывать связи ни с одним из своих партнеров.
«Политика и дипломатия, в принципе, не знают таких "разводов". Мы не намерены вносить напряженность в отношения между Россией и Арменией. Мы партнеры, у нас многочисленные связи, и мы настроены развивать взаимовыгодное сотрудничество в атмосфере конструктивного диалога», — сказал министр.
По словам Мирзояна, между государствами существуют определенные проблемы, однако подобные вопросы являются обычным явлением в международных отношениях и должны разрешаться путем переговоров.
«В конечном итоге все стороны — говорю в теории применительно к любым отношениям — должны с уважением относиться к праву друг друга самостоятельно принимать решения по тем или иным вопросам», — отметил глава МИД.
Рассуждая о гипотетическом выборе между Европейским союзом и Евразийским экономическим союзом, министр констатировал, что в Армении и без заявлений из России осознают невозможность одновременного членства в обеих структурах. По его словам, Ереван продолжает процесс сближения с ЕС, а окончательное решение будет принято «когда для этого наступит время».
Ранее премьер-министр Армении Никол Пашинян заявил, что вопрос выбора между ЕС и ЕАЭС должен решать народ страны, определяя наиболее перспективную и выгодную стратегию развития.
9 мая президент России Владимир Путин на пресс-конференции отметил, что Еревану следует как можно скорее определиться по вопросу участия в ЕС или ЕАЭС, допустив возможность «интеллигентного развода». 11 мая Пашинян заявил журналистам, что Армения остается полноценным членом ЕАЭС, а проведение референдума возможно лишь при возникновении «объективной необходимости».