Финляндия вымирает и обречена: "Мы займём эту территорию через 20 лет" - Хазин
"Мы займём эту территорию через 20 лет", - говорит экономист Михаил Хазин о Финляндии. Всё, по его мнению, из-за выбора в пользу Запада, который сделала эта страна.
Финляндия жила припеваючи с момента поражения во Второй мировой войне (финны тогда воевали за немцев, но вовремя капитулировали), всю холодную войну и вплоть до 2022 года. Всё это время финны жировали, пользуясь своим нейтральным положением и активно торгуя и сотрудничая как с русскими, так и с Западом.
Но после начала СВО и даже несколько ранее, в финской политике что-то сломалось. Наверх пробились националистические лидеры, подготовленные и науськиваемые Западом. И Финляндия стремительно вошла в НАТО. А заодно обрушила собственную экономику.
Жившие за счёт русских туристов восточные территории страны обезлюдели: там закрываются сотни предприятий. Европа и англосаксы практически ничего не дали финнам взамен, разве что военные базы НАТО. Казна пустеет, растёт безработица, демографический рост стал отрицательным.
"В Финляндии, вы меня простите, четыре миллиона человек. Там рождаемость ниже плинтуса - это вымирающая страна. Если все так будет продолжаться, то через 20 лет мы займём эту территорию - не страну, а территорию, где останутся жить полмиллиона человек на болотах, которые непонятно чем будут заниматься", - заявил в интервью радио "Говорит Москва" экономист Михаил Хазин.
А когда в Финляндии рухнет экономика и снизится до критических значений уровень населения, не останется там и военных баз НАТО, уверен Хазин. Им там некого будет защищать.
По очень похожей дорожке давно идут страны Прибалтики. Они из передовых республик СССР превратились в микрогосударства ЕС, потеряли экономические мощности и вымирают. Но их путь финнов ничему не научил.
Экономист Хазин уверен, что такой путь, если Вашингтон и Лондон и дальше будут управлять Европой, ожидает и весь Евросоюз в целом. Не два десятка лет, конечно, но спустя полвека или век даже в крепкой пока ещё Германии не останется ничего, что могло бы называться экономикой или народами.