"Эти люди кровную месть не скрывают": Политолог усомнился в версии следствия относительно убийства главы ЦПЭ Ингушетии и выдвинул свою

Артур Атаев отмечает, что так называемое братство Батал-хаджи - это очень сплоченный вирд, его члены являются последователями шейха Батал-хаджи Белхороева. Их еще называют баталхаджинцы. 

"Они до некоторых пор жили анклавом, основным пунктом населенным было село Сурхахи, довольно богатое. Сейчас они стали разрастаться. Наиболее авторитетные из них лидеры непосредственно входят и дружат с Кадыровым, очень поддерживают друг друга - Кадыров их, они Кадырова. Это такое взаимодополнение, потому что, в принципе, у них однородственная связь. Кадыров, как известно, и его окружение поддерживает тоже суфийского шейха Кунта-хаджи Кишиева, а эти Белхороева. Таким образом, на горизонтальном религиозном уровне сложилась такая связь. В Ингушетии они очень влиятельны. Есть влиятельные представители этого вирда и в Москве", - рассказывает Атаев.

По его словам, в одно время один из ярких представителей этого вирда был вице-президентом "Лукойла".

"У них такой хороший культ почитания старших. У них есть фамильные кассы. В советский период, после депортации, когда их вернули, они очень друг друга стали поддерживать, у них были такие неофициальные банки. Когда кто-то из них попадал вдалеке от родины, приезжали представители клана, допустим, в Сибирь или в другие области России и помогали финансово. Они прямо выезжали, демонстрировали свою поддержку. Сейчас по сетям курсирует, может, фейковая фотография, как один из юных представителей этого вирда на фоне золотых слитков и огромной суммы денег в таком неофициальном банке снят. По телеграм-каналам северокавказским идет распространение этой фотографии", - говорит Атаев. 

Политолог отмечает, что у вирда есть сфера и криминального бизнеса, но в основном старшие стараются поддержать свою молодежь, продвинуть ее в высшие учебные заведения, чтобы сделать из молодых людей легитимных экономистов, политиков, бизнесменов.

"Они раньше были закрыты, сейчас есть факты, когда они наиболее ярких представителей ингушской политики, ингушской общественной жизни принимают в свои ряды. Такая ритуализация есть. Я не знаю, стоит ли этому верить - в идею того, что Эльджаркиева убили баталхаджинцы. Мне кажется, это такой вирд, такое религиозное братство, что если бы они это совершили, то они бы это обнародовали. Они люди, которые кровную месть не скрывают", - предположил Атаев. 

По его словам, он не очень верит и во вторую озвученную СМИ версию убийства Эльджаркиева - в то, что его заказали сторонники или даже сам его предшественник Тимур Хамхоев, который сейчас проходит по делу о превышении полномочий. 

"Эльджаркиева охраняли не меньше, чем министра внутренних дел России. Бронированный джип и машина сопровождения. Его очень сильно охраняли. Он был одним из самых охраняемых лиц в Ингушетии. Было и до этого на него покушение очень серьезное. Он чудом уцелел, а все три сопровождавших его лица были ранены. Один из них, по-моему, даже тяжело. Причем обстрел вели из миномета. Он возвращался из Чечни. Поэтому я не верю в то, что он был не способен, что он был слабовольный, что он был неэффективный. Это всё миф. Если бы он был таким, его бы, наоборот, не устранили бы. Как раз он был очень эффективный, и он встал на пути очень сильных структур, очень сильных преступных сил", - поясняет Атаев. 

Политолог обратил внимание на то, что, как правило, когда убивают высокопоставленного чиновника на Кавказе, первому лицу не докладывают. Но об убийстве Эльджаркиева проинформировали президента России сразу. 

"Это человек, который работал очень эффективно. Поэтому в версию о причастности Хамхоева поверить трудно, потому что Хамхоев потерял нити управления, он не стал бы, думаю, марать себя. А вот с чем я увязываю убийство, так это с приходом нового главы Ингушетии, который радикальнейшим образом стал работать по всем направлениям борьбы с преступностью - и антикоррупционная составляющая, и антиэкстремистская составляющая", - говорит Атаев. 

Он напомнил, как было в Дагестане, где в экстремизме и в терроризме обвинялись лица, которые имели государственные награды высшего уровня России и занимали очень высокие должности. 

"Я не исключаю, что в багаже компромата Эльджаркиева были серьезные досье на некоторых, может быть, чиновников регионального уровня. Он был молод и амбициозен для такого уровня, для такой должности. И я думаю, он был реальным бойцом антиэкстремистского сопротивления. Не исключаю, конечно, и кровную месть. Потому что на Кавказе и, в частности, в Ингушетии это один из, как правило, определяющих мотивов. Но пока не знаю, предполагать трудно", - признался Атаев.