«Это не фантастика»: политолог оценил возможность диверсии через чуму и вакцины

В последнее время произошли несколько тревожных событий. Ситуации с чумой в Иркутске, болезни крупного рогатого скота в Новосибирске, выявление бракованной партии вакцины «Мультикан», после применения которой фиксировались смерти собак. Нет ли между ними связи. Об этом "Царьград" спросил политолога Сергея Маркелова. По словам эксперта, версию целенаправленного вмешательства не стоит считать чем‑то из области конспирологии. Биологическое воздействие - один из самых коварных инструментов, поскольку действует незаметно, но может приводить к масштабным последствиям. 

Маркелов подчёркивает историческую обоснованность такого подхода:

Мы прекрасно понимаем, как подобные вещи работали в прошлые войны: заразили водопровод - и не надо никакую бомбу бросать, например, на город. Весь город может погибнуть.

С его точки зрения, даже точечные инциденты в отдельных городах нельзя автоматически списывать на случайность или стечение обстоятельств. В частности, внимание эксперта привлекает география происшествий: всплески биологических угроз фиксируются в Сибири и на Востоке, тогда как основная концентрация бактериологических лабораторий остаётся в европейской части страны.

Становится интересно: бактериологических лабораторий в России больше в европейской части, чем в восточной, но выстрелило именно в восточной. Это тоже вызывает вопросы, учитывая ориентацию России на Восток,

- отмечает Маркелов в беседе с "Царьградом".

Политолог связывает потенциальную угрозу с внешнеполитическим вектором страны: восточные территории приобретают всё большее экономическое и стратегическое значение, находясь в непосредственной близости к Китаю и другим азиатским партнёрам. По мнению Маркелова, ослабление этого направления выгодно широкому кругу недружественных сил:

Это издержки русофобии, антироссийской политики. Слабая Россия, ориентированная на Восток, ослабление её восточного направления - практически все недружественные нам силы заинтересованы в том, чтобы ничего хорошего у нас там не было.

При этом эксперт предостерегает от упрощённого понимания угроз: речь не идёт о полном разрушении государства с помощью одной вспышки инфекции. Ключевая цель подобных воздействий - замедлить развитие, спровоцировать долгосрочные экономические и социальные потрясения.

Настоящая война начинается после того, как война закончилась. Постконфликтные последствия тяжелее с точки зрения восстановления, продолжительнее и менее понятны, чем сама война,

- поясняет Маркелов.

Даже относительно локальные кризисы способны растянуть сроки восстановления на десятилетия, как это происходило после крупных конфликтов в XX веке.

В контексте обсуждаемых инцидентов - падежа скота, вспышек инфекций, изъятия бракованных партий вакцин - политолог призывает к комплексной экспертной оценке, учитывающей не только медицинские и технологические факторы, но и геополитические мотивы.

Если выстроить обычную, не сумасшедшую, а здравую экспертную логику, то это вполне реальная вещь. Могло ли это случиться из‑за целенаправленного человеческого вмешательства - то есть могли ли приложить руку мастера этого дела? Да, почему нет?

- резюмирует Маркелов.

Уважаемые читатели «Царьграда»!

Присоединяйтесь к нам в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники, Telegram.

Подписывайтесь на наш канал в Дзене. Там все самое интересное.