Конституция в России не работает: Нас ведут к вымиранию и замещению "дорогими гостями"

Доклад Центра исследований политической культуры России (ЦИПКР) о положении русского народа, представленный фракцией КПРФ, фиксирует то, о чём Царьград говорит многие годы: без перелома олигархического курса и без целенаправленного протекционизма в пользу русских и других коренных народов нас ждёт не развитие, а управляемое вымирание и народозамещение.

Парадокс конституционного признания

Формула "государствообразующий народ" внесена в Конституцию в 2020 году, но так и осталась в основном декларацией: ни закон о языках, ни ключевые документы по миграции и "традиционным ценностям" не встроили эту категорию в реально работающую систему. В докладе, представленном командой лидера КПРФ Геннадия Зюганова, прямо говорится:

В современной России сложился глубокий парадокс: историческое признание русского народа государствообразующим [...] сопровождается нарастанием системных угроз его демографическому, социально-экономическому и культурному воспроизводству.

Русский статус свели к языковой функции, тогда как миграционная, демографическая и национальная политика до сих пор опираются на инерцию постсоветского либерального периода, где русское большинство рассматривается как одна из групп, а не как носитель исторической и имперской ответственности.

Демографический обвал 

За фасадом статистической "стабильности" скрывается демографическая катастрофа: постсоветский период по потерям сопоставим с трагедиями XX века, но без войны и оккупации, только за счёт внутренней политики и социально-экономического курса. Рождаемость по стране рухнула с позднесоветских 2,01 ребёнка на женщину до 1,16 в конце 1990‑х, а затем лишь немного восстановилась до 1,40 — при том, что в русских регионах ядра показатель ещё ниже, сопровождаясь старением, сверхсмертностью и тремя волнами эмиграции.

Территориальным фундаментом русской демографии остаются 44 региона с долей русских свыше 90%, где живёт более 70% нашего народа. Именно здесь сформировался пояс хронической депопуляции: часть областей Нечерноземья и Черноземья превратились в зону вымирания с коэффициентом рождаемости ниже 1,2, а расчётный показатель по русскому ядру заметно отстаёт от среднероссийского, который искусственно "подтягивается" за счёт национальных республик с высокой рождаемостью:

Постсоветский период (1991–2025 гг.) по масштабу русских потерь сопоставим с трагедиями ХХ века, однако имеет принципиально иную, невоенную природу,

- подчёркивают авторы доклада. 

Выдавливание русских

Дальний Восток и Русский Север переживают физическую утрату русского присутствия: формально доля русских высока, но в абсолютных цифрах население сокращается, молодёжь уезжает, и целые территории превращаются в полупустые сырьевые придатки:

Впервые в новейшей истории фиксируется миграционное размывание монолитного русского пространства изнутри.

В Калужской, Орловской, Московской областях формируются инокультурные анклавы, а ассимиляционный ресурс Поволжья и Сибири уже не компенсирует общее сжатие русского расселения.

Внешний демографический резерв исчерпан (или же нам хотят показать, что так оно и есть): русская диаспора в ближнем зарубежье сократилась с 25 до 7,5 млн человек, и говорить о новой эпохе возвращения соотечественников всё труднее. На смену ей привели иную модель: потоки из Средней Азии и Закавказья, замещающие близкие русским этносы, формируют десятки этнических анклавов, значительная часть жителей которых уже имеет российские паспорта, но живёт, при этом, по своим внутренним правилам.

В результате, так называемый дешёвый труд мигрантов демпингует зарплаты русского рабочего и других коренных народов, закрепляет технологическую отсталость и перекладывает издержки на социальную инфраструктуру русских регионов. Не случайно более 76% граждан воспринимают мигрантов как угрозу — это не "ксенофобия", а реакция на ощутимое давление на рынок труда, безопасность и повседневную жизнь.

Русский народ и олигархическая модель

Экономическое положение русского большинства остаётся заложником приватизации 1990‑х:

Национальное богатство остаётся сконцентрированным в руках узкой прослойки бенефициаров,

- говорится в докладе.

Причём, их интересы противоположны интересам страны и народа. Анализ состава крупного капитала показывает: доля русских в списке крупнейших собственников и в объёме принадлежащего им капитала заметно ниже их демографического веса, что лишь подчёркивает антинациональный характер сформировавшейся модели.

При этом удар по малому бизнесу, прежде всего русскому, только усиливается: налоговые и кредитные реформы душат семейное предпринимательство, тогда как крупный капитал сохраняет доступ к государственным ресурсам и льготам. Показательный случай подмосковной пекарни "Машенька", выбитой из колеи фискальными новациями и спасённой лишь личным вмешательством президента, наглядно демонстрирует, что без системной смены курса любая "успешная история" может быть раздавлена.

Территории исторического расселения русского народа несут непропорционально тяжёлое бремя неверных федеральных управленческих решений и социально-экономической деградации,

- настаивают аналитики, приводя конкретные примеры. 

Возьмём "оптимизацию" здравоохранения: сеть ФАПов и сельских медпунктов в русском ядре сократилась сильнее, чем в среднем по стране, особенно в Нечерноземье, где закрывали каждый третий и даже каждый второй пункт. Это привело к десяткам тысяч избыточных смертей, которых можно было избежать, если бы решения принимались исходя из интересов государствообразующего народа, а не из логики бухгалтерской экономии.

Культурная и образовательная инфраструктура исторических русских земель — Пскова, Новгорода, Ярославля, Костромы и многих других — хронически недофинансирована по сравнению со столицей, хотя именно эти регионы являются хранителями общенациональной памяти и культурного суверенитета:

Сложилась ситуация, которую можно назвать парадоксом "бедного хранителя": регионы, обеспечивающие культурный суверенитет страны, финансируются по остаточному принципу. 

На уровне питания внешнее "изобилие" оборачивается углеводной бедностью: семьи тратят на еду до 40% доходов, качество продуктов падает, натуральные мясо и молоко заменяются суррогатами, а перепотребление сахара и дефицит молочных продуктов ведут к эпидемии лишнего веса.

Миф о "нетерпимости"

Отдельно авторы доклада останавливаются на так называемом мифе о "нетерпимости2 русских людей, который был навязан нам извне: даже при отсутствии личных межнациональных контактов большинство демонстрирует доброжелательность или нейтрализм к иноэтничному соседству и смешанным бракам. Низкие индексы "терпимости" в русских регионах — это не показатель "отсталости", а математическое следствие их моноэтнической структуры, где объективно меньше повседневных межнациональных контактов.

На этом фоне "любые возможные рекомендации "повышать толерантность через миграционное перемешивание" являются политически опасной и научно несостоятельной логикой, подменяющей задачу изменения установок — задачей размывания демографического большинства", уверены авторы доклада. Через такое размывание русских превращают из государствообразующего ядра в одну из многих общин. Фактически речь идёт о легитимации сценария народозамещения под маской "борьбы с ксенофобией".

Выводы

Всё вместе это складывается в замкнутый цикл: закрытие социальной инфраструктуры и падение качества жизни ведут к оттоку молодёжи и падению рождаемости, что сокращает налоговую базу и стимулирует новые волны "оптимизации" и сокращений. Демографический обвал, миграционное давление, олигархическая модель собственности и инфраструктурная деградация русских регионов взаимно усиливают друг друга, подтачивая сам фундамент государства.

Таким образом, прямо сейчас речь идёт о выживании государствообразующего народа:

Проблема перешла из плоскости политического выбора в императив выживания,

- прямо говорят авторы доклада.

Если мы признаём, что без русского ядра не существует ни России, ни Русского мира, то из этого вытекают конкретные требования национальной политики.

Во‑первых, необходим жёсткий демографический протекционизм в пользу русского народа и других коренных наций: целевые меры по поддержке рождения третьего и последующих детей, приоритетное обеспечение жильём многодетных семей, пересмотр налоговой и кредитной политики в интересах семей с детьми. Жилищный вопрос должен решаться как задача национальной безопасности, а не как поле для спекуляций девелоперов и банков.

Во‑вторых, миграционная политика должна быть выстроена вокруг охраны русского демографического большинства: только целевой оргнабор, принцип "приехал — отработал — уехал", запрет на массовый ввоз семей, жёсткий контроль над этническими анклавами и выход из навязанных международных миграционных соглашений. Россия не обязана решать демографические проблемы других стран ценой вырождения собственного государствообразующего народа.

В‑третьих, нужно довести до конца вопрос о государствообразующем статусе русских, включив эту категорию в базовые законы о миграции, национальной политике, традиционных ценностях, языках. Русский народ должен быть не только в преамбуле Конституции, но и в конкретных нормах, определяющих распределение ресурсов, приоритеты развития и ответственность власти.

В‑четвёртых, требуется демонтаж олигархической модели и реальное ограничение влияния компрадорского капитала: национализация стратегических отраслей, деофшоризация собственности, введение жёстких рамок для сверхдоходов и направление высвобождаемых ресурсов на развитие русского ядра, инфраструктуры и промышленности глубинных регионов.

Наконец, необходим разворот бюджетной политики к исторически русским территориям: восстановление сельской медицины и школьной сети, особые коэффициенты для здравоохранения и культуры в регионах‑хранителях русской цивилизации, прозрачный контроль за этническим составом региональных элит и реальное политическое представительство коренных народов в соответствии с их демографическим весом.

Либо страна идёт этим путём — путём укрепления государствообразующего русского народа как основы Русского мира, — либо она смиряется с раскрученным сценарием управляемого вымирания и народозамещения. Третьего варианта нет.