Легендарный хирург "Вагнера": Спас сотни человек, а себе помочь не смог
Александр Потанин вырос в семье потомственных онкологов. В Казани он руководил Поволжским центром онкодиагностики, но променял руководящий кабинет на фронтовой подвал. Своё решение объяснил коротко — будет оперировать, пока идёт война.
Разорванное сердце фронтового хирурга: Правда врача "Бахмутской мясорубки"
Подписав контракт с "Вагнером", он взял позывной "Кадуцей" и быстро стал одной из ключевых фигур медицинской службы подразделения. Его небольшая бригада прошла всю "Бахмутскую мясорубку", базируясь в госпитале Светлодарска — ближайшем к Бахмуту. Бывало, что через них проходило не менее трёхсот раненых за сутки.
Госпиталь ютился в разбитом здании бывшей больницы. Ни окон, ни дверей, кругом пыль после обстрелов. Использовался только один этаж. Света, воды, еды и тепла не было. Долгое время стоял холод.
Сначала у нас не было даже гвоздей и молотков. Окна в операционной завешивали одеялами и халатами, приклеивали скотчем, лишь бы не дуло,
— рассказывает медсестра бригады с позывным "Пчёлка".
Лекарств катастрофически не хватало. Бойцы после зачисток привозили в госпиталь трофеи — найденные медикаменты и аппаратуру. После отхода украинских частей оставалось много ампул кетамина, который шёл на анестезию. С едой для раненых было совсем плохо — врачи отдавали им свои пайки, а сами жевали галеты. Коек не хватало, раненые лежали на полу. "Кадуцей" часто оперировал двоих тяжелых одновременно, переходя от одного к другому.
Многих доставляли из окопов обмороженными, с пневмонией и инфекциями. Медики работали с температурой под сорок, держась на смеси глюкозы, дексаметазона и аскорбинки. Передышка выпадала только в ожидании новой партии раненых — если эвакуацию задерживали на несколько часов, это время тратили на сон.
Когда госпиталь начали обстреливать, поступил приказ работать в полной светоизоляции. Бригада жила в темноте, оперировали с налобными фонариками и подсветкой от телефонов. На улицу почти не выходили. Весной 2023 года они впервые выбрались наружу встречать гуманитарный конвой — исхудавшие, с серыми лицами, радовались солнцу как дети.
Несмотря на чудовищные условия, в коллективе царило согласие.
Мы во время операций и шутили, и песни пели, и пританцовывали. Сплочённая бригада — это ещё один шанс на выживание,
— говорит "Пчёлка".
Через несколько месяцев почти круглосуточной работы им прислали подкрепление из четырёх человек. Появилась возможность разбить дежурства. Двенадцать часов в операционной, двенадцать — в реанимации. Но авралы случались постоянно.
"Пчёлка" помнит случаи, которые не укладываются в медицинские учебники.
Был раненый, у которого сердце не билось сорок минут. Пульса нет. По правилам реанимацию прекращают через двадцать минут, а мы продолжали. И на сороковой минуте сердце заработало,
— рассказывает медсестра.
Бригада "Кадуцея" придумала немало полевых решений. Пробовали разные методы искусственного дыхания, подкладывали памперсы на операционные столы, чтобы не работать в лужах крови.
После расформирования "Вагнера" "Кадуцей" перешёл в спецназ "Ахмат" и остался на передовой. Он делал лапароскопические операции, менял сосуды, применял VAC-установку для труднозаживающих ран и оперировал на открытом сердце.
В августе 2025 года в прифронтовой госпиталь доставили бойца с множественными осколочными ранениями рук, ног, головы, шеи, правого лёгкого, печени и с пробоиной в сердце. При перекладывании на стол зафиксировали клиническую смерть.
Была остановка. Быстро завели. Ранение сердца ушили. Состояние стабилизировали. Сейчас ушьём сердце, пойдём в живот,
— сказал тогда "Кадуцей".
За вклад в военно-полевую хирургию Потанин получил орден Пирогова. Начальник медслужбы "Ахмата" доктор Була отмечал, что хирург порой двигался словно в тумане — по четверо суток без сна.
Счастье мужчины — это прежде всего любимое дело. Для меня это хирургия. Работаю с огромным удовольствием. А ещё счастье — радоваться возвращению домой. Когда есть к кому вернуться, кого любить и ради кого жить,
— признавался "Кадуцей".
Именно в тот момент, когда он ехал в очередной отпуск, его жизнь оборвалась. Сердце, которое он столько раз спасал другим, остановилось в 52 года в ночь на 7 марта 2026 года в Краснодаре — на полпути к дому.
Александр Потанин завещал кремировать себя и захоронить прах рядом с другими участниками украинского конфликта. Его прах разделили — часть осталась в Краснодаре на кладбище "Вагнера", часть — на родине, в Казани.