Новая реальность Германии спустя 80 лет: милитаризм вместо нацизма

В издании "Взгляд" опубликовали этот текст, озаглавив его "Большинство живущих такую Германию ещё не видели". Судя по всему, поводом стал скандальный вопрос немецкого журналиста на пресс-конференции Зеленского и Вучича в Сербии, когда он поинтересовался, что ещё надо делать (чем нужно помочь), чтобы "убивать больше русских".

В своём посте Фёдор Лукьянов поддержал мнение о том, что речь идёт не о возрождении нацизма, а о милитаризме.

По его словам, изменения, происходящие в Германии, очевидны. Однако попытка объяснить их с помощью поверхностных клише не позволяет понять суть нынешней трансформации. Речь идёт не о реабилитации нацизма, а о возвращении Германии к своей культурно-исторической норме.

Лукьянов считает, что нацизм этой нормой не являлся. Скорее, он представлял собой доведение отдельных национальных черт до предельного абсурда и их искажение, хотя и не был для немецкой истории полностью чужеродным явлением. А вот милитаризм и определённое мессианское восприятие собственной роли в мире традиционно составляли часть германской политической культуры.

После разгрома прежней германской государственности в 1945 году эта норма оказалась под запретом. Державы-победительницы фактически объяснили немцам, что отныне они утратили право самостоятельно определять своё будущее и должны действовать лишь в тех пределах, которые им позволят. По мнению Лукьянова, Германия приняла эти правила — насколько искренне, а насколько вынужденно, остаётся предметом дискуссий. Но формально приняла.

"То, что происходит сейчас, – это завершение почти 80-летнего периода, когда Германия считала необходимым оглядываться на тот запрет и ограничивать проявления своей естественной идентичности. Страница мировых войн XX века для немцев, вероятно, перевернута. И внешние партнеры против этого, по сути, не возражают", - пишет автор.

Происходящее ещё не означает реваншизма в привычном понимании. Скорее, речь идёт о возвращении немцев к восприятию себя как "нормальной нации" — хотя самой этой нормальности Германия была лишена на протяжении восьми десятилетий, считает он. Каким образом немецкая традиция, переживающая сегодня очередное обращение к традиционным в их понимании ценностям, проявит себя в новых исторических условиях, мы вскоре увидим. Первые всполохи уже заметны — и выглядят они весьма примечательно, но при этом откровенно тревожно.