"Путин расколол Запад". Признание главного автора FT

Три лагеря вместо единой стратегии

По словам журналиста, у западных лидеров накопилась долгая история неудачных попыток договориться с российским президентом. Джордж Буш-младший когда-то утверждал, что посмотрел Путину в глаза и нашёл его "очень прямым и заслуживающим доверия". Ангела Меркель и Франсуа Олланд после присоединения Крыма в 2014 году вели с Москвой продолжительные, но безрезультатные переговоры.

Недавно специальный посланник Дональда Трампа Стив Уиткофф назвал Путина "гуманистом". На следующее утро, как напоминает Рахман, российский ракетный удар по железнодорожному вокзалу в Днепре привёл к гибели 15 мирных жителей.

Тем не менее контакты с Москвой продолжаются. Русские, украинцы и американцы должны вскоре встретиться для переговоров в Абу-Даби или в другом месте, если военная обстановка помешает первоначальному плану. Однако единой западной линии в отношении таких контактов больше нет.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

Первый лагерь представляют Уиткофф и Джаред Кушнер. Они стремятся добиться территориальных уступок со стороны Украины и одновременно продвигают идею масштабных экономических соглашений между США и Россией после завершения конфликта. Предложения уступить территории, которые украинские войска пока удерживают, в Киеве и многих европейских столицах восприняли как предательство. А попытки поставить бизнес в центр мирного соглашения вызывают у европейцев подозрения в наивности, а иногда и в возможной коррупционной заинтересованности.

Второй лагерь возглавляют президент Финляндии Александр Стубб и премьер-министр Норвегии Йонас Гар Стёре. Оба поддерживают Украину, но убеждены, что европейцы должны самостоятельно участвовать в переговорах с Москвой, а не отдавать Вашингтону исключительное право определять их ход. Перед недавним 90-минутным телефонным разговором с Путиным они подробно проконсультировались с Владимиром Зеленским.

Третий подход распространён прежде всего в Польше и странах Балтии. Его сторонники считают, что переговоры с российским лидером бесполезны и могут принести обратный результат, поскольку Москва использует дипломатические контакты для достижения собственных целей.

Европа спорит о стратегическом поражении России

Стубб и Стёре рассчитывают со временем передать инициативу в европейском диалоге с Кремлём Германии, Франции и Великобритании, а также Евросоюзу и, возможно, Италии. Однако сама идея прямых контактов уже вызвала недовольство ряда европейских лидеров.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

Премьер-министр Дании Метте Фредериксен заявила, что относится к финской и норвежской инициативе «очень скептически». По её мнению, самостоятельные переговоры с Москвой могут подорвать единство Европы и ослабить давление на Россию.

Путин, напротив, похвалил европейских политиков, выступающих за диалог, отметив, что они не стремятся нанести России стратегическое поражение, как некоторые другие представители Запада. Эта реакция лишь обострила основной спор: должно ли поражение России оставаться главной целью европейской политики?

Для Фредериксен и единомышленников приемлемым исходом войны, как описывает их позицию Рахман, является поражение России и крах режима Путина. Стубб и Стёре считают подобную стратегию опасной и малореалистичной. По их мнению, даже если добиться такого результата удастся, его последствия могут оказаться неблагоприятными. Поэтому они думают не только о прекращении боевых действий, но и о том, какими должны стать отношения Европы с Россией после войны.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

При этом у каждого из трёх лагерей есть собственные просчёты. Рахман подчёркивает, что сторонники американского подхода переоценивают возможности экономического стимулирования Москвы. Путин начал военную операцию не ради экономических выгод и, следовательно, вряд ли откажется от своих целей в обмен на нефтяную сделку или другие коммерческие договорённости.

Но и сторонники стратегического поражения России пока не предлагают убедительного сценария, объясняющего, как именно его можно добиться. Кроме того, они склонны недооценивать цену продолжения войны ещё на несколько лет для самой Украины.

"Путин тоже оказался заложником иллюзий"

Европейские сторонники диалога, в свою очередь, рискуют переоценить готовность российского руководства к компромиссу. По оценке Рахмана, имеющиеся признаки указывают на то, что Путин намерен добиться капитуляции Украины в течение зимы, продолжая разрушать её энергетическую инфраструктуру и значительную часть промышленности.

Таким образом, стремление европейцев вернуть себе место за столом переговоров ещё не означает, что Москва готова принять предлагаемые ими условия. Сам факт возобновления контактов не гарантирует достижения договорённостей, особенно если стороны по-разному понимают конечные цели конфликта.

Впрочем, обозреватель FT считает, что российский президент также не свободен от собственных заблуждений. Путин, по его мнению, постоянно переоценивает успехи российских войск и недооценивает способность Украины продолжать сопротивление.

В итоге Запад оказался разделён не просто по вопросу о том, разговаривать ли с Москвой. Спор идёт о принципиально разных представлениях о будущем Европы, допустимой цене продолжения войны и возможных отношениях с Россией после её завершения. Вашингтон рассчитывает на сочетание политических договорённостей и экономических выгод, часть европейцев пытается вернуть дипломатии самостоятельную роль, а другие по-прежнему делают ставку на давление до достижения стратегического поражения России.

При этом ни один из подходов пока не гарантирует желаемого результата.

Мир на Украине был бы замечательным событием, но до него, похоже, ещё очень далеко,

- заключает Рахман.