России скормили "червивое яблоко". Основной закон страны пора срочно менять

Запад до сих пор определяет для России, что такое норма и ненорма. Несмотря на то что наша страна изменила Основы государственной, культурной политики, утверждён закон о прекращении действия в отношении России международных договоров Совета Европы, в Конституции нашей страны содержится серьёзный изъян.

В частности, речь идёт об идеологии и цензуре. Так, согласно статьям Основного закона страны, никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной, а цензура запрещена.

При этом в том же документе есть статья 15, гласящая, что законодательство России, как часть международной правовой системы, должно фактически подчиняться правилам международных договоров.

На этот диссонанс в ходе круглого стола Института Царьграда о цензуре указал учредитель "Первого русского" Константин Малофеев.

России продали ещё в 90-е "червивое яблоко" - и с тех пор мы по-прежнему реализуем навязанную нам либеральную модель. С западной концепцией, идеологией и цензурой.

"Мы с ним воюем, а его повестка по-прежнему является источником отделения нормы от ненормы. Запад определяет, что такое норма, по-прежнему. И пока мы не изменим Конституцию, то даже блестящие принимаемые документы носят подзаконный характер", - пояснил Малофеев.

Учредитель Царьграда призвал исключить из Основного закона страны 15-ю статью.

"Наша Конституция по-прежнему диктует нам, что мы находимся в рамках либерального дискурса. Мы должны поменять Конституцию, чтобы наша цензура стала суверенной", - пояснил он.

Само понятие "цензура" носит инструментальный характер, оно напрямую подчинено идеологии. При этом, если судить по Основному закону страны, идеологии и цензуры как таковых у нас нет. Однако это неправда - они существуют, причём не суверенные, а западные, навязанные России извне.

Так, западные медиа формируют свою повестку с учётом идеологии, IT-гиганты навязывают свои правила, которым и мы подчиняемся, а американские кинематографисты создают своё кино с уже заложенными идеологическими смыслами и да - цензурой.

"Поэтому в реальной жизни цензура есть, - указывает Малофеев. - А в нашей Конституции запрещено нам бороться с этой цензурой. Поэтому мы обсуждаем не то, что нам неплохо бы иметь цензуру, а нам избавиться бы от чужой цензуры. А для этого мы должны сначала выработать идеологическую цель. И важно, если бы законодатель задумался об этом предмете, поскольку наша Конституция сейчас не нейтральна, а прямо заточена, чтобы мы не смогли быть суверенны от чужой идеологии и, соответственно, чужой цензуры".