Спешили на празднование революции: как аэропорт Внуково потерял три самолёта за час
80 лет назад, 5 ноября 1946 года, аэропорт Внуково пережил одно из самых массовых происшествий в своей истории: примерно за 50 минут в тумане разбились три самолёта, погибли 19 человек. Причиной стали диспетчеры, фактически потерявшие управление воздушным движением, и те, кто гнал делегации в Москву к годовщине Октября, не считаясь с погодой.
Природа партийного календаря не читала. 5 ноября Москву накрыл туман такой плотности, что Внуково по правилам полагалось закрыть. Но делегации должны были прибыть, а руководству аэропорта не хотелось оказаться тем, из-за кого сорвано празднование. Метеослужба объявила просветление к 15–17 часам – и именно этот прогноз, не отменённый, когда погода не улучшилась, комиссия назовёт первой причиной катастроф.
В 1946-м "слепой" заход обеспечивали приводные радиостанции и радиокомпасы, прощавшие немногое. Но экипажи боролись не только с погодой: над Внуково скопились 17 самолётов, и распорядиться ими оказалось некому – ни отправить на запасные аэродромы Клин и Солнечногорск, ни вернуть обратно. Валерий Шелковников, будущий начальник Центрального управления воздушным движением МГА СССР, вспоминал, как в 1950-е курсантам рассказывали об этом дне как о примере "практически полного отсутствия управления воздушным движением".
Первым в 18:07 разбился туркменский Ли-2. Рейс два дня простоял в Воронеже, пассажиры уехали в Москву поездом, и борт шёл с одним грузом. Экипаж, откруживший около двух часов, доложил об остатках топлива и получил приоритет на посадку. Видимость была 300–400 метров, облака – на 30–50. На развороте машина потеряла скорость, свалилась и рухнула у 34-го км Минского шоссе, у деревни Ямищево. Погибли пятеро – весь экипаж.
В 18:30 упал C-47 из Берлина с посадкой в Риге – тот тип, с которого копировали Ли-2. На борту были 22 пассажира и четыре члена экипажа. После двух часов ожидания самолёт начал заход, но на высоте 10–15 метров пилоты решили уходить на второй круг. Двигатели резко перевели во взлётный режим, машина задрала нос, потеряла скорость и свалилась на лётное поле. Погибли 13 из 26 человек, выжили бортрадист и двенадцать пассажиров.
В 18:55 настала очередь литовского Ли-2 из Вильнюса. У него не работал радиокомпас – единственный надёжный ориентир в такую погоду, поэтому диспетчер вёл борт по экрану радара, надиктовывая пеленги. Экипаж сделал пять заходов, всего было передано больше шести десятков пеленгов. На пятом кончилось топливо: самолёт снёс осветительные столбы и упал в 60 метрах от аэровокзала. Экипаж уцелел, погибла одна пассажирка.
Расследование не стало искать виноватых в системе. В выводах повторяется один набор: необоснованный прогноз метеостанции, беспорядочный выпуск самолётов в Москву без согласования с Внуково, недисциплинированность командиров аэродромов, плохая работа диспетчеров и растерянность командиров.