Зеленский затребовал встречи с Путиным и сел в лужу. Подвёл недостаток знаний

Переговоры в Женеве, проходившие 17–18 февраля, по данным источников, были напряжёнными и включали как двусторонние, так и трёхсторонние форматы с участием России, США и Украины. До этого стороны уже встречались в Абу-Даби, где обсуждения были охарактеризованы как конструктивные, а американские чиновники даже допускали, что стороны приблизились к "потенциальной встрече лидеров". На этом фоне инициатива Киева о личном контакте выглядела попыткой ускорить политический процесс.

Однако сама идея встречи оказалась куда более сложной, чем может показаться на первый взгляд. Российская сторона ранее неоднократно заявляла, что не отказывается от контактов на высшем уровне и готова обеспечить безопасность украинского лидера в случае его визита для переговоров в Москве. При этом в Кремле подчёркивали, что подобные встречи должны быть тщательно подготовлены и ориентированы на конкретный результат, а не носить символический характер. Сам Зеленский, в свою очередь, ранее исключал переговоры на территории России и заявлял о готовности встречаться в США, Европе или на нейтральной площадке, но не в РФ и Белоруссии.

Политолог Даниил Баранов считает, что требование о личной встрече лидеров может свидетельствовать о проблемах в переговорной линии Киева. По его оценке, с формальной точки зрения аргумент Зеленского о необходимости прямого диалога ради "прорыва" по территориальным вопросам выглядит логичным, однако в дипломатической практике подобные шаги обычно означают, что рабочие делегации не смогли добиться существенного прогресса на своём уровне. В такой ситуации перевод диалога на высший уровень может восприниматься другими участниками как сигнал о слабой эффективности переговорной команды.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

Дополнительную сложность создают и принципиальные разногласия сторон по условиям возможного диалога. В Москве не раз указывали на вопрос легитимности Зеленского как партнёра по подписанию долгосрочных договорённостей - сам факт встречи без чёткой юридической и политической повестки лишён смысла, поскольку любые судьбоносные документы должны иметь безупречную правовую основу.

Баранов подчёркивает, что дипломатический протокол предполагает строгую последовательность: сначала работа экспертов, затем согласование позиций на уровне министров и только после этого - встреча лидеров. По его мнению, пока не сформирована конкретная повестка и не подготовлен хотя бы предварительный план договорённостей, разговор на высшем уровне остаётся преждевременным и технически невозможным.

Таким образом, инициатива Зеленского, задуманная как якобы политический рывок, фактически высветила противоречия и ограничения переговорного процесса.  Отсутствие глубокой подготовительной базы делает саму идею встречи скорее политическим жестом, чем реалистичным дипломатическим шагом.