40 минут до Третьей мировой войны: Русский подполковник случайно подменил товарища и спас весь мир
В подмосковном Центре по наблюдению за небесными светилами скрывалась особая «Зона». За железобетонным забором с колючей проволокой находился один из наиболее секретных объектов Министерства обороны СССР. Круглые сутки, беспрерывно велось наблюдение за Штатами. Цель была одна — засечь вовремя старт чужой ракеты.
Специальная «Зона» была связана с Москвой закодированной связью. Под круглой огромной крышей был 30-метровый локатор. Там же гигантский компьютер за долю секунды обработает поступающую от спутников информацию. И оповестит, что за ракета, какие её координаты и скорость. Грубо говоря, если случится ядерная война, в «Зоне» об этом узнают первыми.
Случайно подменил товарища
Станиславу Петрову тогда было 44 года, он отправился, как и всегда, на работу. Было уже темно, поздний вечер, дома остались жена и два ребёнка.
От командного пункта до дверей в корпус 50 метров. Потом — несколько пролётов по лестнице. Внутри, в ЦКП, всё было тихо: помигивают лампочки индикации, мерцают экраны, молчат телефоны спецсвязи, светятся две карты на электронном табло — СССР и США.
До выхода очередного спутника на рабочий участок оставалось около двух часов.
«В то время у нас в космосе была развёрнута орбитальная группировка космических аппаратов. Спутники кружатся в космосе вроде карусели и следят за всем, что происходит на территории Соединённых Штатов Америки, которую мы в то время называли "ракетоопасный район". Тогда у американцев имелось девять баз, на которых размещались баллистические ракеты. Вот за этими базами мы и следили», — цитирует Петрова журналист Дмитрий Лиханов, общавшийся с ним после того самого случая. Публикация вышла в журнале «Родина».
Все знали, что чаще всего американцы запускали свои ракеты с Восточного и Западного полигонов.
«Надо сказать, пуск ракеты ни с чем не перепутаешь. Сперва загорается яркая точка на старте, растёт, удлиняется, а потом такой загогулиной уходит за "горбушку" Земли. За время своей службы на объекте я таких "загогулин" видел десятки».
Как признавался тогда Петров, работа довольно муторная. Спутнику нужно шесть часов, чтобы пройти весь свой участок. Военным нужно было только правильно скоординировать его на орбите.
И случайности — это не случайности, а важные моменты, влияющие, без преувеличения, на ход истории всей планеты.
«В тот день я оказался оперативным дежурным по ЦКП, потому что подменял товарища», — расскажет потом Петров. Пришло оповещение, что аппаратура работает нормально.
Американцы выпустили ракету? Две ракеты? Три?..
Но спустя время прогремел предупредительный звон. И это было не просто оповещение. На пульте мигало красное пятно. С ним высвечивалось слово «Старт». Это могло означать только одно: американцы выпустили ракету в сторону Союза. По всему ЦКП звенела тревога — не учебная.
Однако на мониторе не было никаких привычных от запускаемых ракет «загогулин».
Почему не видно ракету, если компьютер сообщает о старте? Но времени на размышления не было.
«Если система фиксирует один запуск ракеты, машина квалифицирует его как "старт", а если больше, то как "ракетно-ядерное нападение"», — рассказывал Петров.
Система зафиксировала второй пуск.
Система передаёт информацию, после чего красные табло зажгутся в "ядерном чемоданчике" генсека. Будет оповещён и министр обороны. Как только будет принято решение об ответном ядерном ударе, будет снята блокировка с пусковых механизмов ракет. После этого останется ввести шифр и нажать кнопку запуска. И это начало ядерной войны, до неё 40 минут.
Но Петров успел увидеть, как произошёл третий и четвёртый запуск. Что-то здесь явно не так. Он по-прежнему не видел стартов американских ракет на экранах.
Тогда Петров буквально в последний момент успел прокричать дежурному: «Это "ложняк", выдаём ложную информацию!». Почти не оставалось сомнений, что причина в сбое компьютера.
Информация о «ложняке» успела дойти до высшего командования вовремя.
«Москва была бы обречена»
На следующее утро было начато расследование. Причиной сбоя стала засветка датчиков спутника солнечным светом, отражённым от высотных облаков.
В результате расследования был вообще вытащен на свет, что называется, целый букет недоработок системы космического предупреждения о старте баллистических ракет. Как потом скажут специалисты, главные проблемы заключались в боевой программе и несовершенстве космических аппаратов. Эти недоработки удалось устранить только к 1985 году.
Беседовавший с бывшим командующим войсками противоракетной и противокосмической обороны, генерал-полковником в отставке Юрием Вотинцевым журналист Лиханов спросил тогда, что было бы, если бы «взаправду американцы запустили ракеты».
Вотинцев ответил тогда, что наша страна нанесла бы ответный удар. Успела бы. Но Москва «была бы обречена».
Не наказали, но и не наградили
По итогам служебного расследования Петрова не наказали. Награды тоже не было. После 1991 года, когда эта история всплыла на свет, когда была опубликована первая статья о подвиге Петрова, на Западе стали снимать про это фильмы. Петрова стали приглашать даже на голливудские тусовки, знакомить с актёром Кевином Костнером, который сыграл главную роль в ленте «Человек, спасший мир».
В 2013 году Петров стал лауреатом Дрезденской премии мира.
Однако до самой смерти подполковник жил на самом краю города Фрязино, в небольшой квартирке.
Позже журналист Лиханов напишет об этом так:
«Человек, который спас мир, умер в одиночестве. Без исповеди и причастия, без веры и даже без сына, который в тот день ушёл на работу. Умер тихо и незаметно для спасённого им мира. Так же его и хоронили. В дальней могилке городского кладбища. Без военных оркестров и прощального салюта».
Уже расшифровывая сделанные ранее записи, журналист увидит слова Петрова, которые звучат как напутствие всем, кто сейчас живёт на Земле.
«С одной стороны, существует боевая программа, с другой — человек. Но ни одна боевая программа не сможет заменить твой мозг, глаза, наконец, просто интуицию. И вместе с тем имеет ли право человек самостоятельно принять решение, от которого, быть может, зависит судьба нашей планеты?»